Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Я завязал пояс потуже и вышел в главную комнату, потянувшись на ходу.

В дверном проеме стоял старик преклонных лет, облаченный в замковую ливрею. В руках он держал серебряный поднос, накрытый полотенцем. По моим прикидкам, ему было не меньше семидесяти. Несомненно, он служил моему отцу столь же долго, как и Анари. Старик улыбался, сердечно и кротко.

— Прошу прощения, лорд Оберон, — сказал он слегка надтреснутым голосом. — Я — Инвиниус, цирюльник. Леди Фреда сказала, что вам до ужина нужно побриться и постричься.

Я провел пальцами по подбородку, покрытому густой щетиной.

— Очень мило с ее стороны.

— Ее светлость очень добра, — пробормотал старик. — Я ее помню еще с тех времен, когда она была малышкой.

Он поставил поднос на столик и снял полотенце. Под ним обнаружились два куска мыла, несколько бритв разной длины и коллекция стеклянных флакончиков — наверное, всяческие лосьоны и духи. Старик без лишних вопросов потащил одно из кресел к окну.

— Я сам передвину, — сказал я и поспешил на помощь. В конце концов, не в его возрасте двигать мебель.

— Не нужно, лорд, — возразил Инвиниус. Последний рывок, и он установил кресло у окна, на то место, куда падали последние лучи света. — Пожалуйста, лорд, садитесь.

Я уселся. Инвиниус тем временем отправился ко мне в спальню, взял там маленький столик с умывальником и кувшин с водой и, медленно двигаясь, потащил все это сюда.

— Может, помочь? — спросил я, привставая.

— Нет, лорд, — отозвался он с негромким смешком. — Вы очень любезны, но, право же, я занимался своим ремеслом, когда вас еще и на свете не было. Пожалуйста, не волнуйтесь. Через минуту я буду к вашим услугам.

Я уселся на место. Конечно, вид у Инвиниуса такой, словно на него дунь, он и рассыплется, но у старика есть своя гордость. И он явно осознает пределы собственных сил. Крякнув, он поставил столик рядом с креслом. И при этом не пролил ни капли воды из кувшина.

Я распахнул воротник халата пошире, с довольным вздохом вытянул ноги и пошевелил пальцами. И вправду, неплохо бы наконец побриться и постричься. Последний год я брился в основном на скорую руку, в перерывах между боями, и, боюсь, это заметно.

Инвиниус плеснул в тазик воды, взял с подноса мыло и ловко взбил в тазике мыльную пену. Затем он укутал мне грудь и плечи полотенцем и нанес на подбородок, щеки и шею обильный слой пены. Пока щетина моя отмокала, Инвиниус выбрал среди разложенных на подносе бритв самую длинную — длиной почти с его предплечье — и принялся править ее на длинном кожаном ремне, до этого свисавшем у него с пояса.

К удивлению моему, я обнаружил, что могу прямо тут и заснуть. Я опустил веки. Свежий запах мыльной пены и размеренное шуршание бритвы о ремень действовали убаюкивающе.