Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Он тоже походил на Дворкина, только лицо было более приятным. Через левую скулу тянулся неглубокий дуэльный шрам, но улыбался парень сердечно и весело. В одной руке он держал лук, а в другой — фляжку с вином. По подбородку стекала струйка вина.

Карта словно подсказывала ненавязчиво: перед вами — молодой гуляка.

— Тэйн, — объявила Фреда, старательно напуская на себя бесстрастный вид.

— Думаю, он тоже мертв.

— Извини. Мне очень жаль.

Мы быстро разложили еще четыре карты. На всех были изображены мужчины в возрасте от двадцати до сорока лет. Во всех проглядывало отчетливое сходство с Дворкином — в разрезе глаз, в очертаниях лица, в манере держаться. Все это явно были его потомки. Похоже, Дворкин уделял женщинам массу внимания. Интересно, сколько же всего детей он породил? И раз у него такая большая семья, откуда же он находил время, чтобы столько возиться со мной — и при этом все это время делать вид, будто он холост? Когда мы в следующий раз окажемся с ним наедине, непременно попытаюсь задать ему этот вопрос.

Все эти карты Фреда выкладывала под картой Дворкина, вдоль края стола, полукругом. Фреда полагала, что из шести «выпавших» сыновей Дворкина четверо мертвы. Двое — это Аланар и Тэйн, а еще двоих я не узнал.

А потом на очередной перевернутой карте обнаружился молодой мужчина с моим лицом, только глаза у него были не голубые, как у меня, а карие. Одет он был в темно-коричневое и желтое, и в руках у него был слегка изогнутый меч. Уж не знаю, может, это такая шутка — но держал он его несколько двусмысленным образом.

— Кто это? — нерешительно поинтересовался я. Этот мужчина тоже был мне чем-то знаком. Где же мы с ним встречались? И когда?

— Он довольно сильно похож на меня…

Я смотрел на карту, пока Фреда не забрала ее у меня из рук и не положила рядом с прочими.

— Мэттьюс, — ответила Фреда. — Его зовут Мэттьюс.

— Он тоже мертв, — ошеломленно протянул я.

— Откуда ты знаешь?! — вскинулась Фреда.

Я беспомощно пожал плечами.

— Я не знаю. Это… это как старое воспоминание, отдаленное и туманное. Или, может, сон. Я почти вижу это, но неотчетливо. Я только знаю, что видел его в этом сне и видел, что он умер.

— Что с ним произошло? — не унималась Фреда. — Как он умер?

— Извини. Не могу вспомнить.

На самом деле, я был уверен, что умирал Мэттьюс мучительно, но не мог заставить себя сказать об этом Фреде. Ей явно нелегко будет это перенести. Видно же, что Мэттьюс ей дорог.

— Может, это был всего лишь сон, — сказал я, пытаясь подбодрить Фреду и показать, что и сам на это надеюсь. Но в глубине души я твердо знал: никакой это не сон. — Возможно, они оба живы, просто где-то задержались.

— Не отмахивайся от снов. Они часто предвещают будущее. Я много раз видела сны, которые впоследствии сбывались.