Хроники Амбера. Книги 1 - 13

— Мы любим более страстно, чем ты можешь себе представить! И ты не достоин такой любви!

Эйбер вспыхнул, его щеки залились румянцем, он сжал кулаки.

— Да как ты смеешь… — вырвалось у него, и вдруг он запнулся. Странно — он был из тех, кто за словом в карман не лезет. — Как ты только смеешь…

— Не плюй на ковры, — пробормотал я, обратившись к Реалле. — Они дорогие. А ты, — сказал я Эйберу, — все слишком преувеличиваешь.

Эйбер покачал головой.

— Ты лишился рассудка, — сказал он с горечью и болью. — Она околдовала тебя. Когда отец узнает…

— Я знаю, что делаю, — прервал его я. — Я не мальчишка, впервые потерявший голову из-за любви.

— Но ведешь себя именно так!

Эйбер помотал головой и перешел на шепот.

— Позволь, я убью ее, если ты не в силах этого сделать. Она — лазутчица и убийца. Она опасна. Ты уснешь — и она прикончит тебя. Такова ее сущность.

— Все мы рано или поздно умираем, — вздохнул я. — И на мой взгляд, есть множество гораздо более неприятных способов отправиться на тот свет, чем от рук красивой женщины.

— Это не игра, Оберон.

— Нет, — решительно возразил я. — Это как раз таки игра. Очень опасная игра. Но она нам необходима, если мы хотим узнать, что тут на самом деле происходит. — Я крепче обнял Реаллу. — Она сказала тебе, что не станет убивать меня. Я ей верю. И покончим на этом.

— Спасибо тебе, — вымолвила Реалла.

Эйбер ошеломленно уставился на меня, перевел взгляд на Реаллу.

— Ты точно ополоумел. Вы оба сбрендили. Этого нельзя допустить ни за…

— Ступай в соседнюю комнату. Позволь мне поговорить с братом с глазу на глаз.

— Хорошо, Оберон, — покорно кивнула она и, бросив победный взгляд на Эйбера, повернулась и торопливо удалилась в смежную комнату.

Эйбер глазел на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

— Не делай этого, Оберон. Она играет с тобой. Ей что-то нужно, но не твоя любовь. И когда настанет урочный час, она убьет тебя.

— Если бы меня было так легко убить, — возразил я, — я бы помер много лет назад. Знаешь, говорят: то, что тебя не убивает, только делает тебя сильнее.

— Нет. Повидал я таких, как она, Оберон. Она будет овладевать тобой медленно, постепенно. Ты станешь бледным и слабым, утратишь волю к борьбе, а потом умрешь. — Он упрямо топнул ногой. — И я не позволю, чтобы такое случилось!

— Она больше не сможет остаться моей любовницей, — выговорил я негромко, оглянувшись на дверь в соседнюю комнату. Дверь была плотно прикрыта, и я уверился в том, что Реалла нашего разговора не слышит. — Это я понимаю. Ты уничтожил ее в моих глазах. Теперь она — всего лишь орудие, и я использую ее для того, чтобы проникнуть в стан наших врагов.

Эйбер покачал головой. Ясное дело, он мне не верил.

— Я не желаю объяснять отцу, как это вышло, что у тебя в постели оказался суккуб, — заявил он.