Хроники Амбера. Книги 1 - 13

Тут мне на глаза попался Эйбер; он приглядывал за двумя слугами, волокущими по лестнице огромный деревянный комод. Я поспешил к нему.

— Кого ранило в зале для приемов? — спросил я.

— Коннера, — отозвался Эйбер. — Осыпало осколками стекла. Лицо и руки изрезаны, но жить будет.

— Уже неплохо, — заметил я. — А что в этом гробу?

— Мой комплект карт. И несколько весьма ценных вещичек, которые мне не хотелось бы утратить. Пожалуй, я лучше припрячу их где-нибудь тут, внизу, пока не придет пора уходить. Ведь мы уходим, верно?

Я невесело улыбнулся.

— Куда же подевалась твоя вера в папу, Локе и меня? Ты, кажется, собирался сидеть тут и ждать, пока мы всех не перебьем.

— Ты уж не обижайся, братец, — понизив голос до шепота, сказал Эйбер, — но ты что, не заметил, какие силы против нас двинули? Если мы не уберемся отсюда как можно быстрее, то драться уже не сможем, потому что умрем! Они же собрались обрушить замок прямо на нас!

Тут раздался особенно сильный грохот, словно в подтверждение его слов. Замок содрогнулся, и я услышал стук падающих камней.

Возможно, в чем-то Эйбер прав. Но чем ближе к фундаменту, тем стены замка прочнее. Разрушить Джунипер — не такая уж простая задача.

— Кстати — если ты вдруг этого еще не заметил, — сообщил я Эйберу, — наши карты не работают. Так что мы просто не можем уйти. Придется драться.

— Что? — Эйбер побледнел. — Ты что-то не так понял! Карты не могут перестать работать!

— Попробуй и сам увидишь, — сказал я. — Ни папе, ни Фреде, ни мне не удалось заставить их работать.

Слуги как раз спустили комод с лестницы, и Эйбер жестом велел поставить его на пол. Слуги повиновались, и Эйбер открыл комод. Я заглянул ему через плечо и увидел пачки карт. Наверное, их там были сотни.

Эйбер взял верхнюю карту. Это оказался мой портрет — тот самый, который он недавно закончил.

— Не возражаешь? — спросил он у меня.

Эйбер сосредоточенно уставился на карту — даже нахмурился от напряжения, — но ощущения контакта не возникло. По раздраженному и вместе с тем беспомощному лицу Эйбера я понял, что у него тоже ничего не выходит.

Эйбер со стоном опустил карту и взглянул на меня. Лицо его залила мертвенная бледность, руки дрожали.

— Извини, — сказал я. Мне было немного неудобно: и зачем я подначил его испытать карты, если точно знал, что работать они не будут? Похоже, изготовление магических карт было единственным серьезным талантом Эйбера, и вот теперь он вроде как сделался бесполезным.

— Поверить не могу, — пробормотал Эйбер.

— Ничего, мы что-нибудь придумаем, — уверенно заявил я, хотя на самом деле уверенности мне не хватало. — У папы несколько комнат забито всяким магическим барахлом. Наверняка там найдется что-нибудь полезное.

Эйбер сунул карту обратно в комод и захлопнул крышку.