Хранительница царских тайн

Заметив, что некоторые из женщин заглядываются на Сергея, Полина даже устроила сцену ревности.

Вечером они отправились в ресторан, который находился рядом с отелем. Ожидая заказ, Дуло все время хватался за сигареты.

Напомнив ему про обещание меньше курить, Полина заметила, что он все время глядит на часы.

– Ты куда-то собрался?

– Ничего не случилось?

– Ничего. – Дуло рассеянно улыбнулся. Однако через несколько минут сказал: – Я ненадолго, – и вышел из ресторана.

Прошло полчаса, заказанная пицца остыла, а Сергея все не было. Положив на стол деньги, Полина покинула ресторан.

Вернувшись в отель, она сразу заметила на диване в глубине холла Сергея. Он был с женщиной.

Решительно вскинув голову, Полина направилась прямиком к ним.

– Будем знакомы, – она протянула руку, – я Полина, жена этого донжуана.

Женщина подняла на нее испуганный взгляд и ответила слабым рукопожатием. Она была бледна и выглядела больной. Однако показалась Полине слишком красивой, чтобы не принимать ее во внимание.

– Тебе лучше сесть, – мягко сказал Сергей.

Полина послушно села, продолжая рассматривать темноволосую красавицу.

– Я не услышала вашего имени, – проговорила Полина. – Кто вы?

Женщина молчала и, не отрываясь, смотрела ей в лицо.

– Алина… – она слабо всхлипнула.

– Спокойно! – Сергей Дуло тронул Полину за руку. – Это твоя сестра. Она осталась жива. Там, в доме Бекешева, вместо нее погибла Юлия Палий. Дмитрий Андреевич отправил Алину в Дубай, но и здесь по приказу ордена ее пытались убить. К счастью, все обошлось. Преступники уже пойманы.

Рыдая, сестры бросились навстречу друг другу… Со всех сторон за ними наблюдала изумленная публика.

Дуло встал с дивана и, достав сигареты, отошел в сторону. К нему приблизился высокий араб.

– Али, – представился он, протянув руку.

– Сергей Дуло, – ответил рукопожатием следователь. – Но можешь звать меня просто Сергей.

Верхний этаж московского особняка, где на первом этаже находилась квартира Бекешева, пустовал третий месяц. Нефтяной князек не спешил возвращаться из своих сибирских владений.

«Сегодня – опять один. Один в целом доме», – тяжело вздохнув, Бекешев заглянул в холодильник. В нем не было ничего, что бы хотелось съесть. Он открыл боковую дверь кухни и спустился в подвал. Пройдясь вдоль полок с консервами, вспомнил Таисию Титовну.

«Никто не сможет засолить огурцы так, как она…»

Заветных банок оставалось все меньше, и не было никакой надежды, что осенью здесь появятся плоды нового урожая.

Дмитрий Андреевич взял открывалку, вскрыл банку и запустил туда пальцы. Подцепив огурец, сунул его в рот. Продолжая жевать, прошел к рукомойнику и вымыл руки.