Хозяйка драконьего замка

От долгой ходьбы начали гудеть ноги, мелкая дрожь переутомления сковала спину, в глазах и без того надежно закрытых, потемнело.

На этот раз Арахна была ко мне неблагосклонна. Просто водила меня кругами, как слепого котенка, лишенного нюха.

Осторожно вытянув руку в сторону и не найдя земляных стен, я окончательно поняла свою правоту. Пещер не было с самого начала.

Я остановилась. Не было смысла идти дальше. Арахна видела и слышала меня с самого начала. Мне столько нужно было сказать, но слова вылетели из памяти в один миг. Беспокойство охватило сердце. Хотелось кричать и визжать, лишь бы разбить давящую тишину, но я молчала.

В памяти всплывали слова старой молитвы, которую читала мне мать перед сном. Украдкой, конечно. Как удивительно, что я ее помню…

Пространство накрыл невидимый, неощутимый гул. Вибрация поднималась незримым туманом от стоп и взбиралась все выше, цепляясь холодным пощипыванием за кожу. Гул распадался на слоги:

— За-мол-чи… За-мол-чи…

Набат бился в голове смертельной музыкой. Тишина больше не была безмолвной: она крутилась, шипела, пела и плела смертельное заклятье. Словно в попытке защититься, я вытянула руку вперед, и к собственному шоку коснулась чего-то вроде короткой шерстки, и та, словно в ответ, легонько обняла мои пальцы. Меня затрясло.

Арахна… была здесь. Прямо передо мной.

Откуда-то я точно знала, что нельзя открывать глаза. Сердце забралось куда-то в голову и колотилось, как маленький колокол, отдаваясь колючей дрожью в виски. В пальцы рук. В колени.

У меня был только один шанс. Я не могла оплошать. Опустила руку и сжала пальцы в кулак, возвращая решимость. Это не первое высокопоставленное лицо, с которым общаюсь. И даст бог, не последнее.

— Венец на голову Леяшь, надел богини верный страж, — произнесла тихо. — Ее судьбу Арахна плел на императорский престол.

Под закрытыми веками полыхнула белизной света картинка. Тихий город, монетки, раскидываемые веями с испуганными лицами, хмурые лица драконов, взирающих на меня снизу вверх… Или нет, не на меня. На того, кто стоит рядом. Как во сне, я повернула голову. Рядом стоял Милош. Безупречность манер, надменный взгляд, гордыня, пропитавшая его насквозь, подобно тому, как сироп пропитывает торт. В далеком зеркале отражалось мое белое, погасшее лицо, а на моей голове красовалось черное зубчатое уродство. По виду из чугуна, по которому не одно столетие посудомойка плачет кровавыми слезами.

— Нет, — сказала спокойно. — Так не будет.

Рокот усилился, потряхивая тело. Арахна был недоволен моим ответом.

В голове один за другим, словно в ускоренной перемотке шли кадры моих отчаянных побед из прошлого мира. Тех, где я побеждала с оговоркой, не всегда чистоплотно, на грани законно ради увеличения прибылей.