Холодный человек

Он сильно сутулился и размахивал длинными руками, напоминая человекообразную обезьяну. Вера хихикнула.

– Ну и оказия сегодня ночью случилась, – неожиданно заметил доселе молчавший шофер.

– А что такое? – поинтересовалась Вера.

– Знаете, где дурильник находится? – спросил шофер.

– Вот в нем и случилась. Дурочка одна сегодня ночью оттуда упорола.

– Сбежала, что ли? – холодея, спросила Вера.

– Ну! Так мало того что упорола. Она там всех поубивала.

– Одного врача и двух санитаров.

– Точно. Да дурочка, говорят, не простая, а… как это? А, вот! Социально опасная! Сначала, говорят, в той палате, где лежала, поработала. – Таксист издал ртом трескучий звук, видимо, должный свидетельствовать о кровавой оргии. – А затеяла она это все потому, что приревновала. Там у них, в дурильнике этом, нравы как в зоне. Однополая любовь процветает. Когда баба… – он обернулся и бросил косой взгляд на Веру, – женщина то есть, с женщиной… Ну, амурничают. И эта, которая сбежала, замочила изменницу. А санитары на нее. Она и санитаров замочила. И доктора за компанию…

– Поймали ее? – превозмогая себя, поинтересовалась Вера.

– Какое! Упорола, и с концами. Теперь менты по городу рыщут, ловят ее.

«А я, идиотка, Сабурова в редакцию послала, – лихорадочно размышляла Вера. – Хорошо, что хоть сама не пошла. Наверняка там засада». Его, конечно, прихватят, когда начнет расспрашивать о ней, Воропаевой. Хотя почему прихватят? Может, и нет. Интересно, не стоит ли милицейская машина возле редакционных дверей?

Вера почти сползла с сиденья и осторожно выглянула в окно.

Нет никого. Только старушка какая-то стоит у входа, вывеску читает.

Из дверей вышел Сабуров и заспешил к машине. Вера успокоилась. Он был один.

– Ну, чего там? – нетерпеливо спросила она, когда Миша уселся впереди.

– Ага, болеет. Это тебе кто сказал?

– Секретарша. Маленькая такая, чернявая девчушка.

– Его нет. Тоже, говорят, не в здравии.

– А ответственный секретарь на месте?

– И он отсутствует. А в корректорской какой-то мужик лысый сидит.

– Это ответсек и есть. Видать, сам сел читать полосы. Так им и надо! – злорадно произнесла Вера. – Милицию видел?

– Какую милицию? Там, кроме этих двоих, с которыми я разговаривал, больше ни души.

– Ладно, поехали. – Вера назвала адрес.

– Я к себе, а ты – не знаю.

– Попозже, Миша. Сейчас мне не до любви.

И машина рванула с места.

Наконец-то Вера очутилась дома. Щелкнул замок, и она вошла в квартиру. Сколько же она здесь не была? Всего два дня. А кажется, вечность. Все вокруг родное и настолько примелькавшееся, что Вера и не обращает на него внимания. Вот хотя бы печка. По сути, она не нужна, поскольку в квартиру давно проведено паровое отопление. Однако печка – главная здешняя достопримечательность.