Ходячее сокровище

Погоня, похоже, тоже изрядно вымоталась, раз настолько отстала. Им ведь бояться нечего, они прекрасно знают, что у дичи не то что патронов не осталось, она даже автомат давно бросила. Вот уже сутки с лишним ничем не отвечает, только и делает, что улепетывает, выписывая по дикой местности причудливые кренделя, дабы не подставиться под возможных сообщников, выступивших наперерез.

Какая-то странная медлительность. Должны, наоборот, в затылок дышать. У них ведь и сил побольше, и знают, что дичь ничем не угрожает.

Хотя если подумать… А куда им торопиться? Преследователям прекрасно известно, что крови беглянка потеряла прилично. Увы, но в первый момент ситуация не располагала к тому, чтобы немедленно заняться раной. Вот и пришлось улепетывать сломя голову, помечая свой путь алыми брызгами.

Кровь — это гидравлическая жидкость, на которой работает машина под названием человеческий организм. Ее нехватка приводит к дестабилизации системы. А это — неизбежная потеря сил.

Да и кровопотеря — не единственное, что усложняет жизнь. Когда она последний раз ела? Треть шоколадного батончика сжевала на ходу — все, что оставалось.

И было это позавчера.

А вчера Няша допила последний глоток живчика. Дальше только спораны в рот, стараясь не проглотить спасительную и убийственную гадость. Но это неполноценная замена раствора, даже если сидеть на прямом употреблении недолго.

Спасибо, что хоть с водой проблем нет. Здесь, в заросшей таежным лесом горной местности, ручьи текут в каждом распадке, в любой низине. Достаточно спуститься, и полоска жажды сразу идет на поправку.

У погони таких проблем нет. Там все схвачено, ведь ее возглавляет сам Дурман. Этот физически-моральный урод не любит свое прозвище и потому требует, чтобы его называли по должности — шерифом. Только должность эту он сам себе придумал, как и некоторые детали биографии. Няша знает о нем много такого, о чем он предпочитает не распространяться. Весь тот период жизни, когда он состоял в банде Ромео и воевал против Валькирии, — это запретная тема.

Потому что сейчас Дурман остепенился. Он всегда был пронырливым, вот и здесь, на краю региона, ухитрился выслужиться перед местным полусумасшедшим князьком, которого называют Пророком. Можно на что угодно поспорить, что это ненастоящее прозвище. Няше не доводилось близко сталкиваться с этим игроком, но не удивится, если на самом деле его окрестили неблагозвучно, как и полагается крестить неприятных людей.

Пророк, Дурман и прочая шайка кичатся тем, что быстро навели в приграничье полный порядок. Вот только держится этот порядок на штыках секты. Никак иначе их организацию не назовешь. Одни массовые аутодафе чего стоят — нормальные люди такими делами не занимаются.