Хочу твоим первым

Наши взгляды скрещиваются, и я словно получаю очередной удар под дых, но решаю не сдаваться и попытаться выдержать, чего бы мне это не стоило.

- У меня нет никакой детской травмы. Не было и нет, - произношу почти по слогам, - ясно тебе?

Смотрю на него, в надежде, что он первым отведет взгляд, но он не отводит.

- Думаю, так тебя дразнили в школе, - тянет медленно, продолжая нанизывать на себя мои эмоции, - тебе это сильно не нравилось. А сейчас ты решила начать новую жизнь и тебя бесит этот возврат в прошлое. Я прав?

Не хочется признавать, что он прав, все так и есть.

И…мне жаль, что пес способен только на то, чтобы есть, спать, и метить кусты, иначе бы приказала побольнее цапнуть наглеца за лодыжку.

- А тебя как дразнили? – надменно спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

- Ты слышала уже. Прицепилось еще со школы. Врезал как-то одному пацану, у Фира вырвалось и понеслось.

- Ты, видимо, очень гордишься этим?

- Не знаю, что ты имеешь в виду. Могу только сказать, что я всегда получаю то, что хочу. Так почему ты не ответила на сообщение?

Я все же не выдерживаю напряжения и первой отвожу взгляд.

- Написала бы тогда что-нибудь гневное.

- Я ждал, - отвечает он просто и от этого ответа, от этой простоты, тона, каким он произнес, будто признался в чем-то очень личном, по моему телу проносится очередная волна невыносимо обжигающей сладкой и упоительно запретной дрожи.

Мне уже не хочется спорить с ним, но уйти, сбежать хочется сильнее, чем прежде. Сбежать, потому что если я этого не сделаю…я...поддамся... попаду под его запретное дьявольское обаяние...я...

- Нам с Фунтиком пора, извини, - бормочу я. – Провожать до квартиры не надо.

Нервно шагаю к двери, неловко прикладываю ключ домофона, который срабатывает только с третьей попытки, и уже хочу юркнуть внутрь, как на запястье смыкаются крепкие длинные пальцы. Парень тянет на себя, зажимая между стеной и своим телом, дверь, не успев открыться, затихает.

- Арина, - произносит тихо и очень нежно, а я начинаю мотать головой, только бы не встретиться с ним снова глазами. Только бы не стал говорить снова, не приблизился сильнее. Потому что если он так сделает…

- Арин…ты нравишься мне…очень сильно…

В голосе такие вибрации, на которые мое тело просто не может не отозваться. Выворачивает и скручивает, бьет под дых.

Его ладонь скользит мне под волосы, пальцы обхватывают шею. Фиксируют, не давая увернуться. Пальцы второй руки осторожно, едва прикасаясь, порхают по моим щекам, подбородку. Так чувствительно и прекрасно. Волнующе. Его взгляд неотрывно следует за этими движениями, расплавляет, пронзает до дрожи. Замирает, наконец, на моих губах и больше уже никуда с них не перемещается, словно залипает.

Я сглатываю и прикрываю глаза. Чертов соблазнитель, но какой притягательный.