Хочу твоим первым

Его ароматом, уверенностью, волнующим вниманием ко мне.

Может быть, со мной что-то не так? Сбилась какая-то настройка?

Раз я, девушка, воспитанная в скромности и строгости, предупрежденная и вооруженная знаниями, что может приключиться, если позволять парням лишнего, растворяюсь до неосознанности, вместо того, чтобы позвать родственников сразу же, как он проник в комнату.

Но вместо этого я летаю, парю в поднебесье.

Невероятно сильно переживаю это наше чувственное безмолвное общение.

Может и не общение никакое, а я нафантазировала себе. Но отчего-то я ощущаю наши неожиданные жаркие объятия именно так.

Гордей слегка ослабляет хватку и начинает щекотать носом мою ушную раковину. Нереально приятные мурашки сейчас же высыпают на шее и волнительно сбегают к ключице.

Когда он легонько прикусывает мочку, я понимаю, что еще несколько секунд такой пытки, и я окончательно потеряюсь в невероятных одурманивающих ощущениях.

- Гордей, пожалуйста, прекрати, - шепчу я, неуверенная, что он меня послушает. Дезориентированная, слишком беспомощная, чтобы сопротивляться. Мое сознание едва цепляется за реальность.

Громкий вздох в мою кожу и Гордей отстраняется.

- Прости, не хотел напугать. Не сдержался.

Прижимается щекой к моей щеке. Но через секунду уже отстраняется полностью и снова укладывается на спину.

Находит своей рукой мою, отдирает от одеяла, забирает себе. Переплетает наши пальцы.

- Я... не знаю, о чем.

На самом деле я едва могу дышать.

- Сколько дней ты должна оставаться в постели?

Пытаюсь вернуть себе остатки невозмутимости.

- Не знаю пока. Врач сказала, если повезет, утром головокружение пройдет. Но может затянуться и на несколько дней. Она сказала, зависит от многих факторов. А…ты? Во сколько ты обычно ложишься? Тебе ведь нужно ехать домой, чтобы успеть выспаться...

Тут же задыхаюсь, понимая вдруг, что это прозвучало слишком по-дурацки. По-детски как-то. Это для меня поздно, а для него, должно быть в самый раз, только начало веселой столичной жизни.

- Ну…или заняться своими делами, - поправляюсь неуверенно.

Мне до сих пор не верится, что он предпочел потратить это время на меня, а не на своих друзей или на гораздо более эффектных, чем я, девушек.

Хоть даже сама Марта Сергеевна, профессионал в этом вопросе, подтвердила, что я красивая и пригласила на съемку, мне все еще тяжело переварить и принять этот факт.

Поэтому...конечно, у него должны быть дела.

- Подождут дела, - бросает Гордей, а потом делает то, что однажды уже проделывал, и чем вгонял меня в ступор. Подносит к губам тыльную сторону моей ладони и целует. Неторопливо, пробуя кожу на вкус и словно исследуя. Только теперь он ведет еще и по фалангам пальцев.

- Мне кажется, ты неверно истолковываешь мои намерения в отношении тебя, Бельчонок, - произносит хрипло.