Хочу твоим первым

В два счета достигаю карниза и осторожно ступаю на него.

Надеюсь, что я не ошибся в расчетах и это действительно будет окно Бельчонка. Не ошибся, конечно. Едва достигаю окна, быстро открываю его и переношу свое изнывающее от желания тело через подоконник.

- Привет, не пугайся, - произношу тихо, но, чтобы до нее дошло, кто и зачем. Впрочем, по поводу зачем у меня и самого большой вопрос.

- Гордей! - придушенно вскрикивает из угла.

В две секунды преодолеваю расстояние до кровати и зажимаю Бельчонку рот. Не слишком сильно, нет намерения подавить. Только чтобы исключить появление здесь злой перепуганной тетки или глазастых детей.

- Только не падай снова в обморок, Бельчонок, иначе, кто сможет дать мне отпор, - шепчу ей на ухо, искренне надеясь на то, что Арина не отключится, а я не буду ублюдком и не перейду с ней сегодня черту.

Глава 27. Мне катастрафически не хватает воздуха

"Катастрофически тебя не хватает мне, жгу электричество, но не попадаю я,

Воздух толчками, и пульс на три счета-та..."

Воздуха катастрофически не достает, пульс ударяется в виски.

Нереально, просто не могу поверить глазам или уложить происходящее в голове.

Этого-просто-не-может-быть!

Он…он…боже…Он здесь в моей комнате.

Задыхаюсь. По всему телу до самой последней клеточки прокатывается волна горячего удушающего жара.

Едва его рука соприкасается с моей кожей, как я дрожу всем телом и готова потерять сознание уже только от того, что это он прикасается.

После двух бессонных ночей и его отстраненного холодного поведения, он здесь, прямо у моей кровати.

В моей комнате, в моем личном пространстве, в темноте…

Да отвечала на сообщение, и сердце уже оттого только выскакивало из груди, но вот это...

Невыносимо, ужасающе, волнующе…

- Спокойнее, Бельчонок, не сделаю тебе ничего.

Хриплый шепот раздается у самой ушной раковины. Щекочет волнующим ароматом. Темный шоколад, кофе, табак и нотки мяты. Никогда ни один парень, с которым я когда-либо общалась, так приятно не ощущался.

Но вся эта буря противоречивых эмоций не мешает мне протестовать против его неслыханного дерзкого вторжения.

Его ладонь глушит рвущийся с губ вскрик, лицо по-хозяйски зарывается в мои волосы.

- Не паникуй, Арин, - просит он, но я паникую, паникую.

Не ожидала потому что. Думала, и дальше станем лишь переписываться.

Перед глазами все расплывается, его слова размазываются, запах парфюма намекает на что-то запретное.

На что-то очень и очень запретное, находящееся за гранью всего моего опыта и восприятия.

Мне хочется вырваться и убежать, мне хочется остаться и продолжать эту сладкую пытку.

Купаться, нет, тонуть в необъяснимом обжигающем мороке, которого со мной никогда не случалось, пока я не встретила его.

- Все же я волную тебя, - щекочет легким ласкающим дыханием у моего виска.