Хочу твоим первым

И это, пипец, как снова напоминает мне Арину.

- Ты…ты…- только и выдавливает она.

Перевожу взгляд на брата.

Демьян стоит точно таким же истуканом. Молчит. Навряд ли он вообще на что-нибудь сейчас отреагирует.

Эти двое замерли и сверлят друг друга взглядами и лучшее, что я сейчас могу сделать, это тупо слиться и оставить их одних.

- Привет, - неожиданно отмирает Демьян.

Девчонка ведет плечом, словно сбрасывая тем самым напряжение. Забирает подбородок еще выше.

И вдруг начинает катить коляску прямо на нас.

- И пока. Дай нам, пожалуйста, пройти. Мы очень спешим.

Брат перегораживает дорогу и не дает пройти.

- О чем? – очень натурально удивляется девчонка, изгибая изящные брови.

Красивая. Чем-то снова напоминает Арину, только она старше. Хотя Бельчонок, конечно, по любому вне конкуренции.

- Извини, Демьян, но нет.

- Нет? Да я, блин, полдня на дорогу сюда потратил!

- И зачем? Я все тебе сказала по телефону. Хотя…

Тут девушка осматривает брата с головы до ног, потом слегка морщит носик.

- Хотя, судя по твоему виду, я могу предположить. Пьянство или что похуже? Не ожидала, Демьян, что ты так скатишься, но чего только не бывает в жизни. Извини, угол тебе сдать не смогу, разве что…вот.

Девчонка сует руку в карман, шарит там, а потом выуживает три сторублевые купюры.

- Вот. Извини, больше не могу дать. Но на пару бутылок тебе должно хватить.

Девушка протягивает деньги, Демьян стоит не шевелясь. Мне кажется, даже не дыша. Уйти теперь точно не смогу. Если брат задумает сейчас ее убить, я должен быть начеку, чтобы предотвратить.

Страшно даже мне, но девушка не теряется. Она складывает купюры и сует их в нагрудный карман пиджака Демьяна.

После этого она направляет коляску на дорогу, чтобы нас обогнуть. Снова выезжает на тротуар и ловко маневрируя среди колдобин, быстро уносится прочь.

Демьян все также стоит посреди дороги. Лицо его сейчас просто белее мела. Я никогда еще не видел брата в таком, я бы сказал шоковом, состоянии.

И вот мне бы пожалеть сейчас его. Если бы кто-то, кроме меня, стал свидетелем разговора...Это было бы настоящей сенсацией с эффектом разоравшейся бомбы.

Не удержавшись, я закидываю голову назад, начинаю смеяться и все никак не могу остановиться.

Глава 36. Не сдержаться

Пусть боль кричит! От шепота тоски

Больное сердце бьется на куски!

Брат отмирает походу только благодаря моему смеху. А то бы и дальше стоял столбом, усиленно переваривая то, что в принципе он не в силах переварить.

Моя реакция вызывает у него ярость, и тем самым выводит, наконец, из оцепенения.

- Меня так еще никто и никогда не унижал, - цедит он и я чувствую еле сдерживаемую и едва не рвущуюся из него ярость.

- Никто и никогда.