Химера

Внизу в кустах стрекотали сверчки и плескались волны. Заходящее солнце бросало на воду раскаленную дорожку.

– …и не вздумайте привезти китайские хлопушки за мои деньги! – долетели до него слова.

– Ну что вы, Сергей Викторович! – обиделась брюнетка.

– Не «что вы», а то, что я сказал. Мне нужны самые дорогие фейерверки и пиротехника. Мне нужно, чтобы вся округа видела, как гуляет Istra Park.

Брюнетка бросилась кому-то звонить. Абрамов подошел к Горюнову.

– Готовитесь к празднику? – спросил следователь.

– Послезавтра годовщина. Приедут серьезные люди, все должно быть по высшему разряду.

– Понимаю. Я хочу вас поблагодарить за сотрудничество, которое ваш персонал оказал дознавателям при осмотре отеля.

– Пустяки. Нашли что-нибудь?

Горюнов натужно рассмеялся.

– Если бы нашли, мы бы разговаривали в другом месте.

Абрамов изобразил кривую улыбку.

Опера осмотрели все постройки у воды, включая пустые коттеджи, котельные, кладовые. Особое внимание уделили водозаборной и водоочистной станциям, хотя они располагались за колючей проволокой и находились под видеонаблюдением. Опера проверили помещения трех насосных, трансформаторную подстанцию, склад для хранения очистительных реагентов, комнату дистанционного управления. Ни пятен крови, ни обрывков одежды – никаких следов.

– Я хочу подтвердить, о чем говорил вчера, – сказал Абрамов. – Если преступник будет пойман, я выплачу награду всем участникам следствия. Мои юристы подготовили официальное письмо руководителю Следственного комитета, завтра оно будет отправлено.

– Поймите меня правильно. Мне нужны покой и тишина, а не кровавые жертвы.

– Я вас заверяю, что новых мы не допустим. Мне нужно вас кое о чем спросить. Заранее прошу прощения, если вопрос окажется не очень приятным. – Горюнов неопределенно пошевелил в воздухе пальцами. – Знаете ли, приходится проверять разные версии…

– Что вы можете сказать о вашем зяте?

– О Савичеве? – удивился Абрамов. – Вы его подозреваете?

– У меня есть для этого повод? – Горюнов остро стрельнул глазами на бывшего чиновника.

– Самодовольный щенок, – резюмировал он. – Я его не люблю. С ним не все в порядке. Понимайте это как хотите.

– Вы замечали за ним странные желания? Психологические комплексы?

– Мы не общаемся. Я не знаю, какие тараканы у него в голове.

– Может быть, временами он странно себя ведет? Проявляет внезапную агрессию?

– Я о таком не слышал. Он человек тихий.

– Но, говорят, в тихом омуте черти водятся.

Абрамов пристально посмотрел на следователя.

– Можно вам задать вопрос?

– Вы приехали сюда узнать мое отношение на случай, если Савичев окажется убийцей?

– Я не говорил, что считаю Савичева убийцей, – уклонился от ответа Горюнов.