Химера

Тебе не о чем беспокоиться.

– Натали, ты меня не слышишь. Если ты не хочешь, я уеду один.

– Даже не думай! – зашипела она сквозь зубы. – Не вздумай выставлять меня перед отцом на посмешище!

– Ты не заставишь меня остаться.

– Может, тебе вообще стоит пожить одному?

Натали знала, как сделать ему больно. Она прекрасно знала, насколько они ему дороги, и в некоторых случаях использовала против него этот прием.

Митя хотел сказать ей, чтобы она перестала играть на его привязанности к семье, как вдруг раздался громкий стук в дверь.

– Господи, кто это? – всполошилась Натали. – Он сейчас ребенка нам разбудит!

– Эй, хозяева! – раздался за дверью мужской голос. – Не спите еще? Вижу, свет горит. Откройте на секундочку, дело есть.

Митя поспешил к двери.

Митя приоткрыл дверь, и полоса света из прихожей упала в синюю тьму, частично высветив фигуру человека на крыльце. Плечистый, в форменной куртке с эмблемами какой-то водной службы. В расстегнутом вороте синели полоски тельника. От незнакомца пахло рыбой и водорослями. Лица было не разобрать, но Митя не помнил, где включается фонарь на крыльце.

– У нас ребенок спит. Зачем стучите?

– Оп. Извини, командир. Не знал. Савичев – не ты, случайно?

– Случайно я. Что нужно?

– Выйди, Савичев, воздухом подышать.

– Вопросик к тебе нарисовался, ясность надо внести.

Митя оглянулся на Натали, которая застыла посреди гостиной, изображая немой вопрос. Митя знаком показал ей, что все в порядке, он сейчас вернется.

Он вышел на крыльцо, прикрыл за собой дверь. Незнакомец тем временем чиркнул спичкой, закуривая. Огонек осветил седые волосы, почему-то мокрые, изрезанное морщинами волевое лицо, строгие стрелки усов. На вид ему было лет шестьдесят.

За деревьями у воды горели красные огни. Там стояло судно.

– Вы по воде сюда приплыли? – удивился Митя.

Визитер выдохнул дым.

– По суше не хожу, не моя стихия. У тебя как со временем?

– Есть пара минут. А что?

Не выпуская сигареты из пальцев, визитер потер подбородок.

– Я с этой бабенкой поговорил, мамаша девчушки которая. Теперь вот с тобой хочу. Как говорят у нас в Одессе: ожидаю этой минуты с нетерпением и трепетом. Ты все-таки мужик, не баба. В нервические состояния впасть не должен. От тебя больше пользы будет.

– Я все рассказал Горюнову. Не понимаю, что еще от меня нужно?

Незнакомец безнадежно махнул рукой.

– У Горюнова свои заботы. Ты мне лучше расскажи. Горюныч говорит, ты ему пел про какой-то плеск. Таки да?

Митя замешкался перед ответом.

– Место, где плеснулось. Проверить надо – вдруг следы остались.

– Какие могут остаться следы, – опешил Митя, – на воде?

– На воде, естественно, не могут. Ну а под водой-то? На дне?

Митя замер, изумленно глядя на стоящего перед ним человека.

– В некотором роде, – хмыкнул тот.