Хевдинг (СИ)

Во вторую — установить там крепкую хререкову власть, так сказать, наставить бурлаков на путь истинный.

Но лично я посчитал это лишней тратой драгоценного времени. Буяк хорошо усвоил урок и сам передаст новые вводные всем своим людям, а грабить нищих работяг мне как-то претило.

Поэтому мы возвращались в Новгород с малой добычей и добрыми вестями. Путь на юг, к Смоленску и Киеву, теперь был свободен. С днепровскими волоками Буяк тоже поклялся разобраться, но там, кажется, никто и не возражал против Хререка, возили всех подряд за звонкую монету. Это двинские упёрлись рогом. Вот и пришлось им немного рога обломать.

Речная прогулка вышла так себе, но зато я отдыхал, проводя время с пользой, и моя рана потихоньку затягивалась. Бегать смогу ещё нескоро, да и с костылём ещё долго не расстанусь, но ходить становилось уже ощутимо легче. Я даже специально пытался гулять по палубе без костыля.

Новгород встретил нас шумным торжищем и гаванью, заполненной судами разной величины, от мелких долблёных лодок до громадных кнорров и ладей. Похоже, весть о взятии Хольмгарда наконец дошла до северных земель, и сюда потянулись земляки Хререка. Уже не для того, чтобы влиться в его войско, а для того, чтобы хорошенько поторговать. Мехами, кожами, воском и мёдом, железными крицами, оружием, тканями, заморскими драгоценностями, пряностями, вином и всеми прочими товарами, какие только можно сыскать на свете.

Скандинавский север и греческий юг встречались здесь, на этом пути, чтобы выгодно обменяться тем, чего нет на родине, а потом вернуться домой и продать всё с десятикратной наценкой. Бизнес как он есть. Средневековый, но принципы все те же самые, купи дешевле, продай дороже. Убей конкурента, если можешь.

Наш драккар причалил на первое же свободное место, опередив какого-то купца-поморянина, разразившегося громкой бранью. Он, конечно, мгновенно принёс извинения, увидев, как три десятка бородатых злобных рож синхронно поворачиваются к нему, но осадочек всё равно остался.

С пристани отправились сразу к князю. Я, Вышата, Торбьерн и Ульф Бочка. Остальные пошли на наш постоялый двор, где всю команду уже знали и ждали. Он, конечно, может быть полон, но северяне бывают крайне убедительны. Мы уже облюбовали и обжили его, и искать новый сейчас никто не хотел.

В крепость прошли свободно, как к себе домой, перебросившись несколькими шуточками с охраной. Нас все знали, мы всех здесь знали, и никому даже в голову не приходило нас задерживать или досматривать. Команда «Морского сокола» уже давно считалась своей.

И что более важно, мы возвращались к князю с победой, с добрыми вестями. Это было понятно без слов, свободно читалось на лицах, в позах, в улыбках. А такие известия лучше не задерживать.