Хелл. Обучение наемницы

Яркий солнечный свет ослепил, как и в первый раз. Остановившись на то мгновение, пока глаза привыкали к освещению, Хелл уверенно двинулась вперед. В голове звучала странная мелодия, и все же на этот бой она шла с какой-то обреченностью. Снова послышались крики на трибунах, орали что-то по поводу нарушения правил. Увидев мерзкую улыбочку Рексара, с которой тот воспринял обвинения, Хелл поняла, что ей снова придется отвечать за своего ниасе.

Она остановилась в семи метрах от Торреса. Этого противника девушка опасалась значительно больше, чем Урбана. Торрес взглянул на ее плечо с меткой Кайла, поднял голову, поискал глазами старого наемника и усмехнулся.

– Чисто из любопытства, – внезапно спросила Хелл, – а тебе он что сделал-то?

Лицо Торреса исказила такая ненависть, что Хелл тут же пожалела о своем вопросе. Зато на экране крупным планом показали самодовольную рожу Кайла – умел ее покровитель наживать врагов.

Леденящий кровь звук горна прозвучал глухо, его заглушил шум на трибунах. Хелл взглянула на экран и поняла, что сейчас ее очередь находиться в центре внимания, потому что показывали только ее, затем экран разделился на две части, и крупным планом продемонстрировали обоих противников. Девушка снова начала отсчитывать удары сердца – на счете «шесть» раздался звенящий звук.

Торрес метнулся к ней первым, занес руку для удара, но… невольно скривился от боли, а Хелл помнила о предупреждении Стилета и ловко уклонилась от лезвия. Наемник сгруппировался и рывком нанес ей удар… в сердце! Он был быстрее, намного быстрее, и когда сверкающее лезвие, зажатое между костяшками пальцев Торреса, ударило в грудь, Хелл не смогла уйти от удара, только максимально отклонилась назад.

На трибунах стало тихо, победный взгляд Торреса и боль в груди смешались в одно целое, и разозлившаяся Хелл нанесла удар по левому бедру наемника. Рев толпы и рев противника слились, Торрес упал на одно колено, он не сводил полных ярости глаз с девушки. Очень медленно Хелл приложила руку к порезанной на груди майке и с каким-то удивлением посмотрела на свою кровь.

Усмехнувшись, достала кинжал, отрезала часть майки, кусок ткани затолкала в лифчик, надеясь, что так не будет отвлекаться на капающую кровь. О степени повреждений думать не хотелось. А на трибунах все так же молчали, и Хелл знала почему – по идее она должна упасть мертвой.

Но протеже Кайла Кинжала встала в боевую стойку, зажала в правой руке кинжал, послышалось ее полное ярости:

– Тупая скарити! – заорал кто-то с трибуны.

– Эй, мелкая, это ты зря!

– Девка, вали оттуда, Торрес, когда злой, он жестокий!

И она услышала еще много-много других криков.