Кетцалькоатль (СИ)

Пацаненок оставил в покое грязный палец, запихал в рот сразу весь кусок, отчего смуглые пухлые щеки стали еще шире, и побежал к маме, которая наблюдала за ним, стоя у вода в свою келью, которая размером с три мои.

По утрам, позавтракав кукурузной болтушкой, которую почти для всех постояльцев готовила хозяйка постоялого двора, я вместе с Гуамом отправлялся на охоту. Уходить приходилось далеко. Возле города много деревень, джунгли истоптаны, дичь перебита. В первый выход я подстрелил броненосца, приличного, килограмм на тридцать, правда, большая часть веса приходилась на костный панцирь."

"Первый раз попробовал это животное во время стоянки в никарагуанском порту Пуэрто Кобесас. В соседних Коста-Рике и Панаме отстрел броненосцев запрещен, а в Никарагуа почти в любом ресторане предлагают. Внушительная порция кусуко, как там называли это животное, стоила триста-четыреста кордоб (десять-тринадцать североамериканских долларов). Запах непривычный, но вкус интересный, насыщенный такой. В общем, блюдо на любителя. Мне зашло, поэтому, увидев броненосца, который рылся в опавших листьях, всадил ему стрелу прямо в глаз, где уж точно нет брони. Зверь оказался живучим, даже попробовал убежать, но хватило его метров на двести. После чего мы с Гуамом подвесили тушу на толстую длинную сухую ветку и понесли на постоялый двор.

Хозяйка, увидев, что мы принесли, сразу предложила помочь с приготовлением. Она позвала мужа, потому что, как я понял, считать умела плохо, после чего мы в три пары рук заключили взаимовыгодный договор: она готовит добычу на ужин, часть отдает мне и моему рабу, остальное продает другим постояльцем и берет себе, а затем расплачивается со мной бобами какао. Муж ее продает панцирь броненосца и, удержав десять процентов комиссионных, остальное отдает мне. У местных вояк в цене костные пластины броненосца. Из них делают небольшие щиты, наручи и нашивают на ватные доспехи в наиболее уязвимых местах.

Сухую толстую ветку я использовал для того, чтобы в американском «тандыре», который находился возле хозяйской кельи, заварить какао. Не то, чтобы я проголодался. В жару ем намного меньше, аппетита нет. Мне кажется, какао — это легкий наркотик, на который подсаживаешься. По шоколаду помню. Он, действительно, заряжает энергией, поднимает настроение. Да и сладкого захотелось, а мед, купленный еще в Куюскиуе, в одиночку не лез в горло. Надо было видеть лица аборигенов, когда я, подождав, когда напиток остынет, неспешно выдул большую чашку и при этом не лопнул от избытка энергии. Более того, завалился спать, потому что начиналась полуденная жара.

16

В семье хозяина постоялого двора был трехдневный переполох. В их келью залетела черная бабочка, которые здесь размером с птицу.