Кетцалькоатль (СИ)

Наши купеческие и переселенческие караваны неоднократно останавливались возле устья на ночь, поэтому местные майя знали нас, продавали провиант. На этот раз нам потребовались проводники на западный берег материка. Желающие нашлись сразу, ведь я пообещал заплатить вперед бобами какао. Один проводник расположился в авангарде, второй — в середине и третий в арьергарде нашей флотилии из почти девяти десятков больших лодок, на постройку которых ушло месяца три. Вместе со мной отправились в путь около полутора тысяч добровольцев, тольтеков и майя, из которых две с половиной сотни были профессиональными воинами: сто пятьдесят копейщиков и сто лучников. Остальные мужчины были по большей части рудокопами и литейщиками, сидевшими на Юкатане практически без дела. Примерно три четверти переселенцев составляли женщины и дети.

По мере того, как мы поднимались вверх по реке, она становилась уже и мельче, и изредка деревья, растущие вплотную к воде, расступались, образовывая что-то типа пляжа, на котором в большинстве случаев грелись кайманы. От аллигаторов они отличаются меньшим размером, костными пластинами на животе и гребнем на переносице чуть ниже глаз. На вкус напоминают рыбу, более плотную и без костей. Мы запасались в таких местах свежим мясом, а иногда еще и останавливались на ночь.

Однажды флотилия легла в дрейф ненадолго, наблюдая, как реку переплывает анаконда. У индейцев эта тварь считается воплощением всем темных сил и вызывает мистический ужас. Не скажу точно, какой длины была повстречавшаяся нам, но мне показалось, что метров десять или больше. Анаконда выползла на берег и, извивая толстое, сантиметров тридцать, серо-зеленое тело, проследовала в заросли. Стала видна только часть ее между водой и высокой травой, которая, казалось, никогда не кончится, словно анаконда укусила собственный хвост и движется по кругу. Впервые я встретил такой символ в Египте, где он обозначал вечность; потом у греков, называвших его уроборосом и считавших символом дел без начала и конца; позже у скандинавов, как знак жизненного цикла и перерождения; у западноевропейских алхимиков, как процесс преображение компонентов в философский камень; у китайцев — куда без них?! — как единство инь и янь.

На шестой день плавания, когда река стала совсем мелкой, днища лодок все чаще скребли по подводным камням или застревали в илистом дне, проводники сказали, что дальше плыть не надо, потому что выше река поворачивает на юг, становится совсем мелкой и удаляется от кратчайшего пути к большому соленому озеру. Лодки вытащили на берег, перевернули вверх дном. Я сказал проводникам, что могут взять себе по одной, но остальные пусть служат всем, кому надо будет добраться до устья реки и вернуться обратно.