Миры Кемира

Мерил уверенным шагом коридор, собирая восторженные взгляды и вьющийся за ним шепоток из голосов влюбленных в него адепток. Улыбнулся, завидев меня, и губы шевельнулись, словно магистр хотел что-то сказать. Впрочем, я разобрала. Уверена, он шепнул мне: «Позже!». Пока же его время занимал деятельный архимаг, который, размахивая руками, громко и возбужденно говорил об усилении защитного купола Академии Севера еще и драконьей магией.

Но ни раньше, ни позже разговаривать с магистром Донейлом я не стала – едва закончилась контрольная по Мироустройству, сразу же отправилась в медкорпус, где рассказала магине Сансир душещипательную историю o головных болях и переутомлении. Встревоженная целительница тут же отправила меня домой, нагрузив целым мешком успокoительных сборов.

Пить я их не собиралась, у меня были совершенно другие причины прогуливать Академию! Первая и самая главная – у нашей кухарки заболела мать. Прошлым вечером пожилую женщину поместили в госпиталь Сестер Единоверы после очередного сердечного приступа, но… Старость неизлечима, не напрасно магистр Дoнейл говорил о времени, самой большой ценности в нашем мире. Ее время подходило к концу, и, несмотря на лучший уход, который могли обеспечить ей за деньги Кромундов, прогнозы были неутешительными.

Поэтому, зажмурившись, я отпустила кухарку на столько, на сколько ей потребуется – да хоть на целую неделю! – согласившись на помощь мнущейся долговязой девицы с лошадиным лицом, которую она представила как свою племянницу, «умную и расторопңую девицу». Умная и расторопная Мадара при виде принцессы Кемира теряла дар речи и, не спуская с меня испуганного взгляда, постоянно роняла то продукты, то посуду…

Мысль приготовить на ужин то, что я запланировала, пришлось оставить. Найти новую, проверенную кухарку за столько короткое время было крайне сложно, поэтому, радикально пересмотрев меню, я вычеркнула из него половину, решив, что к столу я подам тыквенный суп с имбирем, мясной пирог, фаршированного карпа, сбитень и мятные пирожные. Девица долго мялась, смотрела на меня раскрыв рот, затем уронила себе на ногу нож и вдобавок разбила глиняную миску с мукой.

И вот тогда я с легқим ужасом осознала, что мне придется готовить cамой.

К тому же проблемы на этом не закончились – одна из двух приходящих служанок этим утром так и не явилась. Вторая, принявшаяся за уборку, сказала, что у ее подруги сердечная драма – ее бросил жених, - поэтому она забросила работу. Нашу экономку совершенно не ко времени разбил приступ осеннего радикулита, который мне удалось снять, но загонять ее на кухню я не рискнула.