Keeping 13 (ЛП)

Кивнув, я отчаянно попытался обуздать свои эмоции, перекладывая Шона на другое бедро и протягивая руку Олли. Он охотно кончил, мертвой хваткой обхватив меня за талию. — Не бойся, — прошептал я, пытаясь утешить его. — Мы собираемся спуститься вниз так тихо, как только сможем, хорошо? — Посмотрев на Тадхга, я сказал: — Возьми Олли за руку и держись прямо за мной.

— А что, если он нас увидит? — спросили они оба.

— Он не будет, — прошептал я, давая еще одно обещание, в котором не был уверен, смогу ли сдержать, пока двигалась к лестнице, а Шон цеплялся за меня, как детеныш обезьянки. — Не издавайте ни звука, — прошептал я. Тадхг и Олли босиком и в пижамах кивнули и молча поплелись за мной.

Спускаясь по деревянной лестнице, которая была скользкой и мокрой, я почувствовал сильнейший укол раскаяния в своем сердце из-за того, как приходилось жить этим детям. Когда мне было девять, я играл с покемонами и строил крепости. Когда мне было двенадцать, моей самой большой заботой было забить гол. Я не мог понять, что, должно быть, чувствуют эти мальчики.

— Хорошая работа, — прошептал я на ухо Шону. Чем дальше мы спускались по лестнице, тем сильнее он дрожал в моих объятиях. — Мы почти на месте. — Никогда в жизни я не был так рад увидеть пальто цвета хаки, как тогда, когда мой взгляд упал на пальто Шэннон, висевшее на перилах. Соскользнув с мокрой нижней ступеньки, я сумел выпрямиться, прежде чем упасть. Восстановив равновесие, я сунул руку в карман пальто Шэннон и чуть не заплакал от облегчения, когда мои пальцы сомкнулись на ее цепочке с ключами. Оглянувшись на Тадхга и Олли, которые стояли на нижней ступеньке, я одарил их, как я надеялся, ободряющей улыбкой. Оба мальчика вздохнули с облегчением, когда я помахал ключами у них перед носом.

— Так не должно быть, — услышал я плач матери Шэннон и замерл, сердце бешено заколотилось в груди. Переведя взгляд на испуганные лица Тадхга и Олли, я прижал палец к губам. — Ты знаешь, что я люблю тебя, — продолжила она низким и приглушенным голосом. — Мы можем разобраться с этим, Тедди, но не тогда, когда ты…

— Мари, Мари, Мари, — невнятно бормотал их отец. — Это единственный выход.

Тихий всхлип вырвался из горла Шона, и я спрятал его лицо у себя на груди, молясь всему святому, чтобы оно помогло мне вытащить этих детей. — Шшш, — прошептал я одними губами, укачивая его в своих объятиях. — Шшш.

— Не для них, — всхлипывала их мать. — Для нас, может быть, но не для них, Тедди."

"— Они — это мы, — ответил он жутким тоном. — Они — это все мы.

— Пожалуйста, — продолжала она тихо всхлипывать. — Я люблю тебя, Тедди. Не делай этого. Я люблю тебя.

— Это единственный способ, — спокойно ответил он. — А теперь выпей со мной. Это снимет напряжение.