Keeping 13

Кашляя и отплевываясь, Джоуи снова бросился к нашему отцу, но Даррен преградил ему путь. — Иди спать.

Глаза Джоуи наполнились слезами. — Но он просто…

— Возьми Шэннон и иди спать, — повторил Даррен, бросив на Джоуи тяжелый взгляд. — Сейчас.

Разъяренный Джоуи посмотрел на нашу маму. — Не делай этого, мам, — умолял он. — Не смахивай это под стол.

— Делай, что он сказал, Джоуи, — шмыгнула она носом, слегка улыбнувшись ему. — Все будет хорошо.

— Нет, — выдавил Джоуи, — этого не будет. — Взяв меня за руку, он потащил меня к двери. — Он собирается покинуть нас, Шэннон, — прошептал он достаточно тихо, чтобы только я могла его услышать. — Он скоро уйдет.

— Папа? — Спросила я с надеждой.

— Нет. — Джоуи покачал головой, почти таща меня вверх по лестнице. — Даррен.

— Даррен нас не бросит, — ответила я, чувствуя тошноту от этой мысли. — Он сказал, что никогда нас не бросит.

— Я видел это, — прошипел Джоуи. — По его глазам. Он собирается уйти. Ему все равно, Шэннон. Он просто ждет, пока не закончит школу, а потом уедет.

Я покачала головой. — Но он не может уйти…

— Не волнуйся, — сказал он, останавливаясь у двери своей спальни. — Что бы ни случилось, мы будем держаться вместе.

— Ты обещаешь?

Резко проснувшись утром в понедельник, я сбросила покрывало со своего мокрого от пота тела и просто лежала неподвижно, как статуя, ожидая, когда мое бешено колотящееся сердце вернется к своему нормальному ритму. Задняя часть моей шеи была скользкой от пота, и я чувствовала, как холодные капли стекают по моей коже. Дрожа, я сосредоточилась на одной единственной точке на потолке моей спальни и дышала глубоко и медленно, пока мое сердце не перестало вырываться из грудной клетки.

Каждую ночь с тех пор, как я вернулась домой из больницы, я просыпалась от одного и того же кошмара. Память, напомнил мне мой мозг. Это всего лишь кошмары, если они ненастоящие.

Было очевидно, почему мой мозг, казалось, застрял в одну конкретную ночь восемь лет назад, и страх перед неизвестным почти каждое утро приковывало меня к матрасу, я обливалась холодным потом и горела в моем собственном личном аду."

"Охваченная паникой, я пришла к выводу, что мой брат был экстрасенсом. Либо так, либо он был живым, дышащим детектором лжи, потому что все, что Джоуи когда-либо предсказывал, хорошее, плохое или безразличное, на протяжении многих лет сбывалось. У него была жуткая способность взглянуть на ситуацию, почувствовать ложь, почувствовать опасность, а затем представить свой прогноз с сокрушительными словами и жуткой точностью.

Как и предсказывал Джоуи, Даррен начал ломаться под давлением жизни под этой крышей. Он отдалялся от семейной жизни и совершал все более продолжительные рабочие поездки в Белфаст.