Keeping 13

 — Привет, — прошептала она, опуская руки по бокам, обнажая грудь.

— Привет. — Я глубоко сглотнул, отчаянно пытаясь поддерживать зрительный контакт с ней и не позволять своему взгляду блуждать по ее идеальным, блядь, сиськам. Господи, они были такими дерзкими, с маленькими, как бутоны роз, сосками, сморщенными и напряженными. — Ты такая красивая, — сказал я ей, отказываясь от борьбы и наслаждаясь ее видом. — Я даже не знаю, что сказать. — Свежий шрам между ее боком и правой грудью привлек мое внимание, и я замер, чувствуя себя так, словно меня окатили холодной водой.

— Что? — Спросила Шэннон, почувствовав мою замкнутость. — Что случилось?

Борясь с цунами гнева, я протянул руку и провел кончиками пальцев по шраму. — Он болит?

— Больше нет. — Она покачала головой. — Я даже сейчас этого не чувствую.

Что ж, я почувствовал это; глубже и сильнее, чем я думал, что это возможно. Я не мог отвести от этого глаз. Так они спасли ее. Как врачи помогли ей дышать, когда этот ублюдок чуть не выбил из нее жизнь. — Джонни, не думай об этом, — прохрипела Шэннон. — Не смотри на меня, а смотри на моего отца.

— Это не так, — выдавил я, изо всех сил пытаясь обуздать свои эмоции.

— Это так и есть, — дрожащим голосом возразила она. — Я вижу это по твоим глазам.

— Я делаю это не нарочно, — признался я, опустив плечи. — Мне просто тяжело осознавать, что он сделал с тобой, и знать, что он может выйти со дня на день, и я не могу исправить это для тебя.

— Я не прошу тебя исправлять меня, — прошептала она, дрожа. — Я прошу тебя быть со мной.

— Да, — ответил я ей.

— Не испытывая ко мне жалости, — добавила она, дрожа губами. — Или не смотри на меня так, словно я сломлена.

— Шэннон, это не то, что я делаю, — поспешил сказать я, но было слишком поздно; она уже встала с кровати и потянулась за рубашкой.

— Это не имеет значения, — выдавила она.

Дерьмо…

— Эй, эй, эй… — спрыгнув с кровати вслед за ней, я перехватил ее рубашку, прежде чем она успела это сделать. — Просто сначала выслушай меня, а потом сможешь снова надеть рубашку, — сказала я хриплым тоном. — Пожалуйста?

Дрожа, она прикрыла грудь руками и кивнула.

Вздохнув с облегчением, я продолжил: — Я люблю тебя…

— Джонни…

— Нет, нет, пожалуйста, просто послушай, — уговаривал я, прежде чем двинуться вперед. — Я люблю тебя, Шэннон. Я чертовски зависим от тебя, поэтому, когда тебе больно, это влияет на меня. Мне больно. Я не могу притворяться, что это не так. — Она вздрогнула и шагнула ближе ко мне.