Семь кедровых орешков. Смертница

Нам же не дают учиться нормально, — произнёс Рон, а на вопросительный взгляд подруги с серьёзным видом предложил: — Может станешь моей невестой? —  при этом выглядел Рон абсолютно расслабленным и безмятежным. — Если хочешь, конечно, — легко добавил он. — Объявим о нашей помолвке, и тогда все предложения стать ластаной прекратятся сами собой. А мы сможем, наконец, заняться учёбой. Я же  не смогу стоять в стороне, когда очередной самодовольный субъект предложит тебе стать его ластаной.

— Разве твой отец согласится на этот спектакль? — Еления с сомнением посмотрела на Рона, а сердце почему-то взволнованно забилось — она некстати вспомнила их поцелуй у борделя, когда они убегали от «невидимок». Поцелуй, конечно, был для маскировки и отвлечения внимания «невидимок»,  но она вспомнила, как потом еле держалась на ногах.

Еления испытующе вгляделась в лицо Рона — что он на самом деле чувствовал, делая подобное предложение? Просто дружеское участие

Вспомнила его восхищенные взгляды на балу, его горячие руки на талии.  Она все ещё нравится ему? Или нет?

Иногда он такой странный. Холодный. Отчуждённый. Даже немного высокомерный. А иногда... очень смущал своими странными взглядами, прикосновениями, которые происходили будто случайно, но ей казалось, что не так уж и случайно.

Или она все выдумывает?

— Не знаю, — парень равнодушно пожал плечами. — Если ты согласишься, я спрошу у него.

Предложение Рона, конечно, стало бы выходом из дурацкой ситуации, в которую она попала, выручая Мая Данери. Еления уже устала отбиваться от поклонников в прямом и переносном смысле слова. Она итак была заметной фигурой в университете, благодаря своим физическим способностям, а теперь слава о прекрасной танцовщице и героине Юга бежала впереди неё. Поклонники одолевали с утра до вечера. Ежедневно она либо сама дралась, либо Рон за неё, что  порядком надоело. Скоро ещё и Марк с Алеком подтянутся и выдадут то, что они знакомы. Она видела, как парни еле сдерживаются, чтобы не кинуться на помощь Рону, но тот их всегда останавливал предупреждающим взглядом.

— Это Май Данери должен был сделать мне такое предложение, а не ты, — вдруг вырвалось у Ели. — Из-за него я в такой ужасной ситуации, в отдуваться приходится тебе.

Рон внимательно посмотрел на неё. Что-то мелькнуло в зелёных глазах. Темное. Нехорошее.

Ревность?

Показалось, наверное.

Неожиданно Еления со злостью подумала, что она вообще никому не нравится: ни Рону, ни Маю, а все взгляды, прикосновения и кажущееся внимание этих парней — плод её болезненного воображения.

Напридумывала себе влюблённых в неё мужчин и тешит самолюбие.

Кому она нужна?

Для серьезных отношений точно никому. Вгляделась в лицо Рона. Спокойное, равнодушное, немного раздражённое.