Каждый твой вздох

Губы натянулись, обнажив белые клыки. Врач тут же отдернул руку.

– Раненые животные часто нападают на тех, кто подойдет слишком близко, – сообщил он и снова потянулся к собаке, на этот раз куда осторожнее. – Но вижу, парень разрешает вам касаться его, так что, может, и мне позволит. Он немного боится меня… и все это рычание… просто притворство.

– Но я не думаю…

Предупреждение Кейт запоздало, заглушенное воплем боли.

Глава 7

– По-моему, с собакой все будет в порядке, – сказал врач, оглядываясь в поисках сумки.

«Скорая» уже уехала, после того как собаку положили на пол в гостиной, около журнального столика.

– Завтра вам нужно перевезти пса на Сен-Мартен, где ветеринар его посмотрит и сделает рентген головы и плеча.

– Не знаю, как вас и благодарить, – искренне выпалила Кейт, – и мне ужасно жаль, что он вас укусил.

– Укус не слишком глубокий, но очень болезненный, – сухо ответил врач, собирая бинты и флакон с антисептиком со стола около дверей на террасу. – И конечно, следует помнить о бешенстве.

Кейт едва успела скрыть улыбку беспокойства и раскаяния.

– Но вы говорили, что на острове уже много лет как не было ни одного случая бешенства?

– Да. Но прошу вас оставить при себе это животное до отъезда. Потом я сам о нем позабочусь. Жаль, что вы мне не позволяете забрать его с собой сейчас."

"– Я хочу сама ухаживать за ним, пока еще здесь, – пробормотала Кейт. Ей казалось, что врач предпочел бы немедленно усыпить Макса, чтобы обнаружить, не бешеный ли он, вместо того чтобы выждать полагающийся десятидневный период карантина и только потом проверить, нет ли у Макса опасных симптомов.

– Если у него действительно проявятся эти симптомы, сообщите мне немедленно, чтобы я смог сделать прививки. Согласны?

– Совершенно, – кивнула Кейт.

– И вы ясно поняли, каковы эти симптомы?

– Я все записала, – заверила Кейт, показывая блокнот.

– Если собака исчезнет раньше, чем пройдет десятидневный срок, – наставлял врач, – мне придется подвергнуться лечению, независимо от того, бешеный он или нет.

Митчел посчитал, что наслушался достаточно об этой весьма маловероятной возможности и в дальнейших рассуждениях на эту тему просто нет смысла, по крайней мере до того, как эта самая невероятная возможность не станет столь же маловероятной реальностью. Пес был настолько слаб и оглушен, что клыки едва поцарапали кожу, но врач взвыл от боли и стал обрабатывать руку с таким видом, словно была повреждена крупная артерия.

– Мы все прекрасно поняли, – вкрадчиво вставил Митчел, провожая врача к выходу и широко распахивая дверь. – И станем выводить его только на поводке.

Доктор замер на пороге, поколебался и обернулся:

– А у вас есть поводок?

– Купим утром.

Но врач и не думал уходить.