Каждый час ранит, последний убивает

– Тама… Надеюсь, ты слышишь мой голос, где бы ты сейчас ни находилась. Очнись, не бросай меня… Я облажался, Тама. Я был таким идиотом… Понимаешь… я думал, ты меня предала, я тебе не доверял… Вернись, пожалуйста. Ненавидь меня, если хочешь, но вернись!

Изри лег рядом с Тамой, не выпуская руки девушки. И стал шептать ей на ухо:

– Я не заслуживаю тебя, Тама. Никогда не заслуживал… Я был жестоким, жалким. Считал себя самым сильным… Но без тебя я ничто. Полный ноль…

Нечеловеческим усилием он еще сдерживал слезы.

– Знаешь, если ты не хочешь меня прощать, я пойму… Но вернись, пожалуйста. Вернись!

Дыхание Тамы успокоилось, мучительные стоны наконец прекратились.

– Я позволил другим причинить тебе боль, да и сам сделал тебе больно, – продолжал Изри искаженным от горя и страха голосом. – Если бы ты знала, как я сожалею, Тама… Если бы ты только знала! Если очнешься, обещаю, я изменюсь. Клянусь, никто больше не сможет тебя обидеть. Клянусь, я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя, любовь моя…

Габриэль слушал эту пронзительную мольбу, стоя у двери спальни. Затем до него донеслись рыдания Изри, и он вернулся в гостиную. Габриэль был тронут, взволнован, ему определенно стало легче. Даже если Тама умрет этой ночью, Изри, по крайней мере, успел сказать ей, как сильно он ее любит.

Лана и Тайри ушли раньше, чем ему представился такой шанс.

Габриэль устроился на диване, закрыл глаза и увидел, как забрасывает землей тело его дорогой Тайри. Той, что познала лишь жизнь рабыни.

– А я тебя уже даже и не ждал, – прошептал он. – Я уже не ждал ничего, кроме смерти. Когда-то я решил для себя, что, как только закончу начатое, я уйду. Вероятно, ты могла бы заставить меня задержаться здесь. Да, вероятно… Но этого мы никогда не узнаем.

Изри все же задремал. Несмотря на страх и ненависть. Несмотря на боль и раскаяние. Несмотря на все усиливающуюся бурю в его душе, которая могла полностью его разрушить.

Вдруг что-то его пробудило.

Тама сжимала его руку.

Открыв глаза, он поймал взгляд девушки. Она смотрела на него пылко, смотрела как в последний раз.

Изри вернулся в гостиную, его лицо посерело от горя. Лежавший на диване Габриэль быстро выпрямился и увидел, что занялся день.

– Как Тама? – спросил он.

Изри упал напротив него в кресло:

– Она на несколько секунд пришла в сознание, но не смогла со мной поговорить… Сейчас, похоже, она спит.

– Если она пришла в себя, это хороший знак, – заверил его Габриэль. – Кофе?

Габриэль прошел за кухонную стойку и включил кофеварку.

– Есть кое-что еще, о чем я тебе не сказал вчера, – продолжал он. – Но думаю, тебе стоит это знать…

– О чем ты? – вздохнул Изри.

О каком ужасном предательстве ему снова предстоит узнать?

– Тайри к Грегу привела твоя мать. Они договорились продать ее сутенеру.