Игры с небом. История про любовь, которая к каждому приходит своим путем

Приехавшая с другой территории на праздник «обмывания прав» Наташа заметила эти два зелёных озера слёз.

– Что он тебе сказал? Опять не похвалил?

– Трубку положил и не берёт, когда перезваниваю.

– Ой, ну брось ты уже расстраиваться. Человек хронически не умеет радоваться достижениям другого. Позлится и отойдёт. Пойдём шампанского выпьем. Машину тут сегодня оставишь. Там дождь собирается. В дождь лучше не рисковать.

Она тогда и правда выпила. Поехала к себе домой на такси. Весь вечер пыталась до него дозвониться, а он не подходил к телефону. Последующие три дня она ходила пешком в их основной садик возле её дома, машину так и оставила на улице Дунаевского. Герман не перезванивал и трубку не брал. Потом ей надоело.

– Знаешь, я тут подумала, что так не разговаривает, что ездить начну – не будет разговаривать, – поделилась Айша своими соображениями с Наташей в конце очередного рабочего дня. – Поеду сегодня на метро до «Студенческой» и заберу машину. Буду водить сама. Смирится со временем.

– Полностью тебя поддерживаю! – одобрила Наташа. – Сколько можно ему потакать во всём? Должно же у тебя и своё мнение быть. Вперёд, подруга! – Наташа пафосно отворила перед Айшей дверь офиса, и обе выпорхнули на улицу.

Вот с тех пор она и ездила. С Германом через неделю помирились, он сам к ней заехал по пути откуда-то. Как это часто бывает, о машине не говорили. Вроде и не было этого случая, а она продолжала ездить по умолчанию."

"До больницы они доехали быстро. Здесь и правда было совсем недалеко.

Айша полюбила ездить именно по набережной. Можно было просто свернуть со Щербаковской, на которой жил Герман, на Измайловский вал, проехать по нему вдоль трамвайных путей и старого сквера. Ещё можно на Суворовскую свернуть или улицу Девятой роты, Айша старалась пользоваться картой и запоминать названия, в том районе было много исторических, будто игрушечных, особнячков. Потёртые, местами полуразрушенные, они украшали улицу, словно перемещая из настоящего в прошлое. Но потом нужно было на Преображенской площади сворачивать налево, в сторону Стромынки, а там такой сложный для неё перекрёсток, что она стала ездить по Электрозаводской улице – и направо, на набережную. Собственно, делая круг, прямо через мост было быстрее: раз, два – и она уже дома, в Сокольниках. Но прокатиться по набережной – особое удовольствие, а если ехать в сторону центра, до набережной Москвы-реки – так и вообще мини-путешествие вдоль реки с зелёными берегами и ажурными пешеходными мостиками.

Машину припарковал Герман. С этим у неё ещё, конечно, было сложно. Он попытался ею руководить, чтобы она сама потренировалась, но потом смекнул, что вообще-то не до этого сейчас.

– Гера, мы оба не в том состоянии, чтобы вождением заниматься.