Игры с небом. История про любовь, которая к каждому приходит своим путем

Внутри Айши всё умерло, оборвались надежды на его радость, на малыша с велосипедом и любящего отца в дверном проёме. Она молча плакала.

От запаха сигаретного дыма её снова стало подташнивать. Слёзы бежали своим бесконечным потоком, капая на блузку. Она вытирала их тыльной стороной руки и, чтобы как-то сосредоточиться, стала обдирать лишние листья с роз, обрезая длинные стебли, не помещающиеся в вазу.

Потом вспомнила себя, своё детство, отца, который бил их с матерью, как мать не стала делать аборт и родила Айшу, несмотря на нежелание отца и попытки выбить её из материнского живота, как мать защищала её, маленькую, от побоев, а потом она сама закрывала собой маму и были они одним целым. Дальнейшие слова словно произносила не она, а кто-то другой.

Во имя её мамы, Тони и её умершей девочки, во имя всех нерождённых младенцев – её мальчик будет жить, вопреки всем и всему.

– Знаешь что, Гера? Я никогда в жизни не сделаю аборт и не убью своего ребёнка. Поскольку ты – его отец, я обязана тебе сказать о его существовании, что я и сделала. У тебя лишь два варианта – быть с нами или быть без нас. Мы уже есть, а там выбираешь ты. Сейчас, пожалуйста, уходи. Мне нельзя нервничать, это плохо для малыша. Когда решишь, скажи нам. Мы будем тебя ждать. – Она выдохнула, вытерла слёзы, переставила вазу на стол, прошла в прихожую и открыла настежь дверь. – Уходи.

Герман попытался что-то возразить, начал было её опять уговаривать, объяснять свою позицию. Достал вторую сигарету.

– Просто уйди. Прошу тебя.

Он постоял, посмотрел на неё, махнул рукой, засунул сигарету обратно в пачку и раздражённо вышел из квартиры, унося с собой знание об изменившихся обстоятельствах своей жизни.

Айша положила себе вареников. С вишней – своих любимых. Когда приезжала Тоня, они вместе налепили для неё про запас и заморозили. Теперь так душевно: ешь – и будто дома с Тонечкой. Будь что будет, а будущий малыш просил есть, и эта мысль заставила Айшу улыбнуться сквозь высыхающие слёзы. Ей стало легче.

Высказавшись, она обрела удивительное внутреннее спокойствие и уверенность в правильности своего выбора."

"Конечно, она справится сама, если он от них откажется. У её мальчика – а сейчас она была уверена, что это будет именно мальчик, – не будет отца. Но сколько детей выросло без отца! И живут же! Зато у него будут самая лучшая мама и потрясающая бабушка. Нужно Тонечке позвонить и поделиться новостями. Она с аппетитом поела, убрала за собой посуду и пошла одеваться, решив всё-таки поехать в офис. Ещё только пять часов, вполне можно поработать.

В дверь опять позвонили. «Может, Герман? Передумал? Так быстро?» – Она пошла открывать.

На пороге стоял Павел с ещё одним букетом точно таких же длинноногих рыжих роз.

– Это тебе, любимая! – улыбаясь, протянул он ей розы.