Каждое лето после (ЛП)

 — И мне нравится, что ты противостоишь мне. Твои оскорбления могут быть довольно жестокими, Перс.

Я была потрясена. Не сексуальной частью

— Чарли был просто Чарли, по крайней мере, я так думала, — а тем фактом, что он так явно обращал на меня внимание. Проводить с ним время было единственным, что поддерживало меня в здравом уме, но у меня создалось впечатление, что он начал обращать на меня внимание еще до того, как сжалился надо мной этим летом. По крайней мере, я думала, что это была жалость. Теперь я уже не была так уверена.

— Когда дело доходит до оскорблений, ты заслуживаешь только лучшего, Чарльз Флорек, — ответила я, стараясь говорить непринужденно.

— Не могу с тобой не согласиться, — сказал он. А затем, помолчав, добавил: — Так что у тебя с этими опухшими глазами?

Я снова выглянула в окно.

— Полагаю, ломтики огурца не сработали, — пробормотала я.

— Ты выглядишь так, словно плавала с открытыми глазами в хлорированном бассейне. Что он натворил на этот раз? — спросил он.

Я что-то пробормотала, не зная, как произнести эти слова достаточно быстро, чтобы снова не расплакаться.

— Он, гмм, — я прочистила горло. — Он говорит, что я отвлекаю его и хочет сделать перерыв. — я посмотрела на Чарли, который смотрел на дорогу, сжав челюсти. — Ему нужно больше места. От меня. Чтобы он мог учиться и однажды стать важным человеком.

— Он порвал с тобой?

Слова были тихими, но за ними стояло столько гнева.

— Я не знаю, — сказала я, мой голос дрогнул. — Я не думаю, что это было так, но он хочет говорить со мной только раз в неделю. А когда я позвонила вчера вечером, в его комнате были люди и эта девушка, с которой он тусовался. Он был пьян.

На челюсти Чарли дернулся мускул.

— Давай не будем говорить об этом, — прошептала я, хотя мы оба молчали несколько секунд. Затем я добавила с большей уверенностью: — Я хочу повеселиться сегодня вечером. До конца лета осталась одна неделя, а впереди у нас один из лучших фильмов ужасов всех времен.

Чарли посмотрел на меня с болезненным выражением лица.

— Пожалуйста? — спросила я.

Он снова посмотрел в лобовое стекло. — Я умею развлекаться.

— Это было какое-то запутанное дерьмо, — пробормотал он и медленно повернулся ко мне. — Тебе нравится эта штука?

— Ты очень беспокойная девушка, Перс, — сказал он, качая головой.

— И это говорит о чем-то, исходящем от тебя. — Я усмехнулась, и когда он улыбнулся в ответ, мои глаза опустились на его ямочки, прежде чем заметить, что его были на моих губах. Я откашлялась, и он быстро взглянул на часы на приборной панели.

— Нам лучше отвезти тебя обратно, — сказал он, заводя грузовик.