Казак в Аду

Взглядам пленников предстал великолепный белый конь без малейшего шва на шее в месте отрыва головы и с уверенной всадницей в длинном эльфийском плаще. Не узнать благородную посадку принцессы Нюниэль было невозможно!

Но ожидаемый вздох облегчения у нашей троицы отнюдь не вырвался, скомкавшись на корню, — под плащом мелькнули всё те же чёрные одежды. Игнорируя призывный стон Миллавеллора, непривычно суровая принцесса эльфийского Холма спрыгнула с седла и встала над распластанным Иваном. О чём-то подумала, оценивающе оглядев его путы, кивнула девушкам и так же молча подошла к привязанной Рахиль…

— Таки добрый день, тётя Нюня! Хотя лично нам он не добрый ничем, но хоть у вас есть настроение, за что я не могу не быть рада. Тока не молчите так откровенно, я буду думать, шо вы нас не узнали и не хотите сказать «здрасти», хотя шо оно вам стоит?! Протрите же окуляры тряпочкой — это мы!

— Я отлично узнал тебя, дева…

— Ой, у меня пробка в ухе, видимо, сосновая смола натекла… Вы сказали «узнал» или у вас больная тема на половом спряжении глаголов? Таки чисто по-женски я пойму…

— Кроме тебя, здесь нет женщин, — весомо подтвердила неприступная остроухая дама."

"В свои шестьдесят с хвостиком, конечно, при здоровом питании и весь день на свежем воздухе (но всё равно, как ни верти, уже не первой свежести), в чёрном лифчике, кожаной мини-юбке с разрезами и в глянцевых ботфортах до середины бедра — она производила более чем убийственное впечатление. Да полно, она ли была это вообще?!

— Тогда, кхе-кхе… — вежливо прокашлялся Иван Кочуев, — ты, козёл безрогий, отойди от моей еврейки и сними, мать твою, с меня своих дебильных извращенцев!

Повисла очень нехорошая тишина… Слово «очень», пожалуй, стоило бы подчеркнуть и выделить красным шрифтом.

— Как он меня назвал, «мозлок мезрогиб»?! — каким-то особенно звенящим шёпотом переспросила изменившаяся в лице тётя Нюня. — А ну, подайте мне сюда этого аедоноскн!

Шесть чёрных эльфиек, задыхаясь от ярости, отвязали казака, поставили на ноги и толкнули вперёд. Косым взглядом бывший филолог отметил, что три-четыре девочки тяжело дышали не от обиды за принцессу, а по причине нереализованности ласк. Может, в реальной земной жизни им просто не хватило обычной мужской любви?

Вот и отчаялись, стали такими, как есть, с тьмой в глазах и замёрзшим сердцем…

— Верните ему его жалкое оружие! Начертите круг! Я сам лично своей рукой выпотрошу этого аерзавцм, как облюдочногу арко!

— Ваня, вы есть псих, — обречённо опустила голову несчастная иудейка, лишённая праведной возможности принять участие в драке. — Очень надеюсь, шо у вас созрел план и вы всё сделаете аккуратно, как по нотам.