Казак в Аду

Казак и еврейка чисто автоматически выставили вперёд беспробудного Миллавеллора…

Бау-у-мс-дзы-н-ньг! Звук был такой, словно в голове старого наркозависимого вдребезги разбилось стекло и отдалось глубоким эхом. Несчастный церемонно открыл левый глаз, важно подтвердив:

— Зеркало Великого духа разбилось в пустоте Бесконечности! Мир совершенен, лишь когда лишён возможности видеть себя со стороны, изнутри и в целом. А если кто-то чего и не понял, то пусть продолжает спать, даже когда путь Дао проложат караванной дорогой меж его ушей…

— Рахиль, рот закрой, — тепло посоветовал молодой человек. — Ты, главное, не вслушивайся во всю эту фигню. Верь на слово и заноси, заноси его…

Кое-как втиснувшись в полутёмную залу, все трое мелкими шажками добрались до занюханного столика в углу и бухнулись на скрипучие табуретки. Лысый низкорослый бармен, небритый, как синюшное киви, молча наполнил три непромытых кружки тёплым пивом. Щепетильная израильтянка повела носом и твёрдо решила пожертвовать пойло эльфу. Казак оказался менее требовательным, глотнул, подумал, выплюнул, и довольный Миллавеллор заграбастал себе все три сосуда…

— Это, конечно, не «Месть хоббита» бочковая, но и не «Балтика-12» на денатурате, пить можно! Ваше здоровье, дети мои…

— Ваня, и шо, мы тут проведём кучу интересного времени от заката до рассвета?

— Ага, ценю твой изощрённый юмор, — нервно согласился подъесаул. — Мне тут тоже ни капли не комфортно. Но, между нами говоря, один серьёзный вопрос у нас даже не обсуждался.

— Я вся оттопырила уши!

— Мы так и не определились, куда идём и зачем, — весомо поднял палец Иван.

Рахиль осмотрела палец со всех сторон, подумала, согласилась и кивнула."

"Действительно, если уж они в Аду, то куда, собственно, идут: искать свой Рай обратно? И зачем идут, ведь из такого места выйти нельзя. Раз попали, значит, есть за что, и лезть наперекор Божьей воле чревато. Уж в чём в чём, а в этом аспекте у них личный печальный опыт был…

— Не парьтесь, ребятишки, — вдруг радостно вскинулся эльф, выныривая из второй кружки. — Тяжёлый рок изгнанника заставал меня в разных землях, и эти чёрные края не исключение. Выберемся!

— Казак Кочуев, таки этот тощий симбиоз знает дорогу!

— Угу.

— И что, вы будете за него так спокойны? — не поверила шумная израильтянка. — Таки он имеет в голове маршрут и, возможно, в чемодане карту местности. Давайте по-быстрому отыщем ему тётю Нюню, и домой, в прежний Рай, я даже согласна (какое-то время!) пожить отдельно на предмет проверки чувств.

— Угу.

— Ваня, я с вас тускнею и вяну! Пока вы бдите мне за спину, я сама нашла полный ответ на оба вопроса, а вы даже угукаете через раз.