Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь

В итоге, после нескольких десятков таких прокаток, щебень оказался утрамбован так, что по нему можно было пешком гулять, словно по брусчатке. Не забыл Руслан и про кюветы. Канавы вдоль дороги откапывали крестьяне, приехавшие из соседних губерний на отхожий промысел. Помня, что работать надо на перспективу, Шатун проложил дорогу шириной сразу для двух тяжелых дрог. Шире этого транспорта в империи просто не существовало. На взгляд парня, полотно получилось примерно пять с половиной, шесть метров. В общем, нормальная дорога, на которой запросто можно будет разъехаться двум автомобилям. Полковник, с интересом оглядывавший мелькавший мимо пейзаж, не удержался и, свесившись наружу, внимательно всматривался в полотно дороги.

– Это как же вы так камень укатали, что его даже кони копытами не выворачивают? – не удержавшись, поинтересовался Вяземский.

– Приедем, покажу, чем это делается, но скажу сразу, дело это не быстрое и муторное, – честно признался Руслан. – Но пришлось делать, потому как для себя.

– Ну, может, оно и правильно, – подумав, согласился полковник.

Минут через десять пролетка выкатилась на развилку и, свернув направо, вкатилась на широкий двор, который только начали обносить забором.

С интересом посмотрев на широкое, двухэтажное здание, Вяземский что-то прикинул и, повернувшись к Руслану, спросил:

– А чего выше дом ставить не стали?

– Опасно это, – развел Шатун руками. – Тут, Павел Лукич, иной раз и землетрясение случается. Так что пусть уж лучше так. Да и не нужен мне дворец. Ни к чему это. И замок не нужен. Я дом строю, а не острог.

Рабочие, занимавшиеся отделкой и работами по подготовке хозяйственных построек, заметив хозяина дома, снимали шапки, почтительно кланяясь. Руслан отвечал им так же вежливо и, поднявшись на крыльцо, лично распахнул дверь.

– Прошу, Павел Лукич. Можете с любым артельным поговорить, хотите, велю архитектора позвать. Вопросы можете любые спрашивать.

– Это вы, князь, к чему? – растерялся от этих слов полковник.

– Ну, я же вижу, что вы все еще не верите, что я и вправду свой дом строю. Вот и решил показать вам все. Чтоб, значит, своими руками его потрогали, – грустно усмехнулся Шатун."

"– От ведь… – задохнулся полковник, не ожидавший такого финта. – Да верю я вам. Верю, – махнул он рукой. – Тут другое, – замялся он, не зная, как правильно объяснить свою реакцию.

– И что же, позвольте узнать? – подобрался Руслан и, пользуясь моментом, что любопытная, словно кошка Катерина уже отправилась обследовать дом, тихо добавил: – Павел Лукич, вы мне прямо скажите, могу я и дальше за дочерью вашей ухаживать, или лучше сразу забыть? Я ведь не мальчик уже. Решайте. Или мы делаем все честь по чести, или на дверь мне укажите, и слово даю, никогда больше вас не побеспокою.