Казачий крест

– Я уж грешным делом решил, что тебе Катерина глянулась, – вздохнув, честно признался кузнец.

– Да ты сдурел, отец? – вдруг возмутилась Настасья. – Чего это ты вдруг своего сына единокровного решил женить кое-как?

– Уймись, Настасья, – неожиданно рассердился кузнец. – Сказано, нет в том её вины. Это мы все вместе в том повинны, что упредить не сумели. Не пришли вовремя. А девка ни в чем не виновата.

– Так я и не виню её, Гриш, – разом сбавила женщина тон. – Просто не дело это. Мастера толкового, пластуна, казака, что экзаменацию лучшим сдал, на ком попало женить. Они ж голь перекатная. Вон, даже коня и то им Матвей отдал. Сами едва не на себе пахали. Да ещё и сохой. А женишь его на Катьке, так придётся им всем помогать. Оно ему надо, чужую семью на себе везти?

– Да уймитесь вы с той женитьбой, – не выдержав, рявкнул Матвей. – Не хочу я пока жениться.

Рано ещё. Даст бог, у меня в войске казачьем карьера сложится. Десятником стану, тогда и о жене говорить можно будет. А пока давай, батя, с мастерством решать.

– А чего решать-то, Матвей? – растерянно уточнил кузнец, опешив от такой вспышки. – По кузнечному делу ты уж со мной вровень встал.

– По кузнечному. А по литью? – напомнил Матвей. – Нет, батя. Рано мне ещё мастером называться. Вот научишь правильно формы лить, тогда и погуторим.

– Сынок, ты ж один сын в семье. Случись чего, и пресечётся род, – еле слышно напомнила Настасья.

– Помню, – спокойно ответил парень, щёлкнув себя ногтем по серьге в ухе. – Нет, мать. Не для того меня Господь сберёг, чтобы я глупо в бою сгинул. Да и не лезу я в драку без головы. Это вон даже дядька Михей приметил. Так что есть у меня ещё время.

– Ну, может, оно и так, – растерянно протянул кузнец, удивлённо оглядываясь на жену.

– И правда, отец. Не дёргай ты его, – вдруг поддержала сына Настасья. – Придёт время, само образуется.

– Ну, пусть так, – вздохнул мастер, махнув рукой.

Допив чай, Матвей почувствовал, что глаза начинают слипаться, и, пожелав всем доброй ночи, отправился на свою половину. Теперь, когда пристройка была полностью готова и почти обжита, ночевать он предпочитал только там.

Утром, умывшись и приведя себя в порядок, парень отправился в кузницу. Раз уж слово было дано, значит, нужно было его сдержать. Отобрав из кучи железного хлама подходящие куски, парень растопил горн и взялся за дело.

К вечеру две заготовки для метательных ножей уже были готовы. Григорий, заглянув в кузню, некоторое время понаблюдал за его работой и, одобрительно хмыкнув, отправился по своим делам.

Чем ближе подходил срок ярмарки, тем больше непонятных вопросов решал мастер. Что там и к чему, Матвей даже не пытался вникать. Не по возрасту, да и не по чину. Живя в доме родителей, он всё ещё находился в их власти.