Дамы убивают кавалеров

Я живу в хижине, дою коз, жарю лепешки.

– Живут хозары не в хижинах, а в мазанках. Коз не разводят. А лепешки – пекут, а не жарят, – серьезно возразил Бахтияров.

Катя взглянула ему в глаза:

– Анвар Шойвович, миленький! Вы правда не шутите? Не издеваетесь надо мной?

Профессор вздохнул:

– Катя, я весь день думал над вашей просьбой. И понял, что есть только один способ решить вашу проблему.

– Какой же? – нетерпеливо спросила она.

– Вам придется сломать себя. Полностью подчиниться мне. Делать только то, что я скажу. Да что там! Вам придется даже русский язык забыть!

– А получится? – неуверенно спросила Катя.

– Это уж – как будете стараться, – заключил профессор.

– Хорошо. Я готова, – решительно сказала Калашникова.

– Вы уверены? – пристально взглянул на нее профессор.

Она выдержала его взгляд:

– Уверена.

Профессор подобрался.

– Тогда устраивайтесь. Жить будете в малом кабинете. Заниматься – по двадцать часов в сутки. Выполнять – все, что скажу. Ослушаетесь – ваше право, сразу попрошу на выход. Придется готовить, убирать, помогать Альмире – горничной. Вы все еще уверены, что вам все это нужно?

Катя слегка опешила. Жить у профессора? Убирать и готовить? Хотя… он, наверно, знает, что говорит. И приставать к ней вряд ли будет. А работать она готова хоть круглые сутки.

Калашникова улыбнулась и честно призналась:

– Готовить пищу я не умею."

"– Придется научиться, – вздохнул профессор. И озорно подмигнул ей: – Хотя бы в одном направлении мы будем работать с нуля. Без поправки на ваш жизненный опыт – богатый, неоценимый, однако сейчас, увы, совершенно ненужный.

* * *Ленчик встал, как всегда в каникулы, в час дня.

Если ночь насквозь просидишь за компом, то такое время для пробуждения – в самый раз.

По тишине, царящей в квартире, понял, что дома он опять один. Маманя, Дарья-свет-Сергеевна, снова куда-то усиповала. Она после аварии на перекрестке прям будто с цепи сорвалась: носится где-то – целыми днями и вечерами. Похорошевшая, в обновках. Возвращается за полночь. Пахнет от нее духами и коньяком. Влюбилась она, что ли, в чурку какого-то? Вот будет потеха. Его отчим – Чурбан Чурбаныч. Разрешите познакомиться. Добрый вечер!..

Или, может, маманя решила дядю Пашу у тети Кати отбить? Вон и тетка, и Павел Синичкин тоже у них не появляются, не звонят. А что, круто!

Дядя Павел, конечно, ничего. Весь такой из себя мачо. По нему сразу видно: он и в морду любому бандюгану съездит. Да хоть бы и троим бандюганам. А не получится в морду – из пистолета замочит. Уж он-то, если б в чурок на перекрестке въехал, смог бы с ними разобраться. Легко!.. Прямо на месте.

Зато мозгов у этого дяди Паши, прямо скажем, маловато. Только глаза таращит. Изображает «дедуктивный метод» да «оперативное чутье».