Метаморфозы Катрин

И оставалось до них совсем немного, когда из низенького разреженного кустарника кинулся этот раненый волк…

То ли так сильно слепило встречное солнце, то ли он зарылся в снег… В любом случае никто не ожидал, что он кинется на всадников. Его предсмертный прыжок был страшен и великолепен! Он просто вырвал горло кобыле барона Плита…

Кровь, парящая на снегу, визг королевской фаворитки, всеобщее смятение, стрела гвардейца, добившая волка, ржание испуганных коней… Несколько лошадей, не слушаясь всадников, понеслись от страшного места…

Марк нахлестывал коня и видел, что его величество держится с трудом. Поводья король не удержал и сейчас судорожно вцепился в гриву. Коня Марк не жалел, нахлестывал, понимая, что смерть короля в такой ситуации вполне возможна. Неловкое падение, встречная ветка – они уже вырвались с поля и скакали по лесу, – да просто случайно встреченное дикое животное. Уцелел один волк, могут быть и еще живые…

Когда он чудом поравнялся с королевским конем, понял, что король не выживет: узнал место. Мчались они прямо к оврагу! Выбора особенно и не было.

Марк сгруппировался и прыгнул…

Некоторое время лошадь в запале еще пыталась бежать, но все медленней и медленней – на уздечке висел Марк, неловко поджав ноги, нагружая коня сверх меры, заставляя пригнуть голову к земле…

Наконец белый королевский красавец остановился, мотая головой и тревожно всхрапывая. Король спрыгнул с коня, и Марк отпустил кожаные ремни.

– Вставайте, граф!

– Боюсь, ваше величество, я не смогу встать. Слишком сильно ушиб ногу.

Марк лежал на снегу, тяжело дышал, и на белом лице ярко выделялась струйка крови из прокушенной губы. Левая нога ниже колена торчала под каким-то неестественным углом…

Подоспели гвардейцы из охраны короля и барон Плит на чужом коне.

– Думаю, я не смогу сесть на коня, нужно послать за санями.

От боли Марк дышал часто и неглубоко…

Королевский лекарь долго ругался и обещал, что будет больно.

Было очень больно, и Марк, на собственное счастье, потерял сознание.

Очнулся он уже ближе к вечеру. У кровати сидела Милли.

– Воды…

Милли напоила и убежала за лекарем.

– Ну, кости я вам сложил, граф. На все остальное – воля божья! Терпите. Чем дольше вы пролежите неподвижно – тем больше шансов, что будете ходить. Открытой раны нет, деревяшки не дадут кости сдвинуться. Так что есть шанс, что ходить вы будете. Но не раньше чем через два месяца. Вы поняли меня? Его величество уже справлялся о вашем здоровье.

Его величество навестил графа после обеда на следующий день. О чем они беседовали, не знал никто: король выставил Милли из комнаты, а к дверям не давала подойти личная стража короля."

"Через два дня королевский двор перебрался в столицу, на радость всем придворным. А в замке Крим остался лежать Марк.