Катрин. Книги 1-12

В наше время многие и этого не получают: могилой для них становится желудок волка или ворона…

Арно отвечал с нарочитым равнодушием, вероятно, оттого, что Эскорнебеф кинул на него иронический взгляд, когда уходил, взвалив на плечо тело. Этот тон взбесил Катрин.

– Разве солдат и убийца – это одно и то же? – вскричала она. – Эскорнебеф убил с холодной жестокостью, беспричинно. Ты должен наказать его, как требует закон.

– Не говори глупости, Катрин, – устало промолвил Арно, – у нас и без того мало людей. Один Бог ведает, что ждет нас в Оверни. В конце концов, это всего лишь простой мужик…

Катрин выпрямилась, как от пощечины. Глубокая печаль вошла в ее душу, но на вызов она всегда отвечала с гордо поднятой головой.

– Мужик? – переспросила она с горечью. – Конечно, для тебя и тебе подобных это такая безделица, о которой и говорить не стоит. А для меня это человек!

– Мне подобных? Разве ты к ним не принадлежишь?

Катрин пожала плечами с бессильным отчаянием. Неужели ничто не связывает их, кроме страстной любви, неужели никогда не преодолеть им пропасть, разделяющую наследника сеньоров де Монсальви и дочь ювелира с моста Менял? И как признаться в том, что сейчас она чувствует себя гораздо ближе к этому убитому крестьянину, чем к мужу, чье имя отныне носит?

– Я тоже спрашиваю себя об этом! – произнесла она, отворачиваясь. – Да, спрашиваю! Поступай как хочешь… Но я не стану есть этих зайцев. За них уплачено слишком дорогой ценой!

Черные глаза Арно вспыхнули. Он открыл рот, чтобы ответить, и, вероятно, собирался отчитать ее, но в этот самый момент из леса вышел Готье-нормандец, держа на плечах тушу кабана. Устремив взор на Арно, он швырнул свою добычу к ногам Катрин.

– У вас будет ужин, госпожа Катрин… – Несколько секунд рыцарь и дровосек смотрели друг на друга, и серые глаза твердо выдерживали бешеный взгляд черных. Рука Арно потянулась к кинжалу, однако, взяв себя в руки, он передернул плечами и повернулся спиной к Катрин.

– Ну если тебе так нравится… – бросил он небрежно и направился к часовне.

Катрин смотрела ему вслед. Она понимала, что гордости его нанесен жестокий удар, но идти за ним было свыше ее сил. Сейчас они не могли понять друг друга. Он не появлялся долго, а когда вернулся, она сидела в стороне, завернувшись в свой широкий плащ и наблюдая за Сарой, которая жарила на вертеле бок кабана. Он пошел прямо к жене, сел рядом и положил голову к ней на колени."

"– Прости меня, – прошептал он, – я знаю, тебе будет нелегко со мной, но я постараюсь понять… понять тебя!

Вместо ответа она, наклонившись, прижалась губами к густым черным волосам. В это мгновение они забыли обо всем: о голоде, холоде, темноте… Забыли о войне, и мир снизошел в их души.