Катрин. Книги 1-12

Горожане вынуждены были удовлетвориться тем, что смотрели на происходящее из окон, с крыш и колонн старой рыночной площади, потому что по меньшей мере шесть или семь сотен солдат заполонили эту треугольную площадь, вершина которой была отмечена колокольней Святого Спасителя. Рядом с горой поленьев стояла маленькая виселица, но Катрин знала, что она всегда там была, и никто не обращал на виселицу внимания.

Солдаты толкали своих пленников вперед, но вместо того чтобы направлять их к столбу, их подвели к двум большим, покрытым пурпуром помостам, которые были установлены перед старым трактиром «Корона»и уже начали заполняться священниками и английскими сановниками. Лучники так плотно окружили Арно и Катрин, что скрывали их от толпы, но они стояли достаточно близко, чтобы мимолетно прикоснуться друг к другу, и Катрин сразу почувствовала, что ее мужество возвращается к ней. Арно быстро прошептал:"

"— Это не мы там умрем, Катрин. Этот столб ждет кого-то другого, и я боюсь угадать, кто это может быть.

Взгляни на помосты…

— Молчать! — приказал сержант стражников.

Как раз в этот момент на помостах появились епископы, среди которых Катрин сразу узнала Кошона. Они окружали крупную фигуру одетого в пурпурную сутану и горностаевый плащ кардинала Винчестерского; рядом с ним находился горделивый лорд Варвик, закованный в доспехи. Важные персоны уселись в троноподобные кресла, и толстый кардинал подал знак. Как будто ожидая этого сигнала, все колокола города разразились похоронным набатом: сначала Святой Спаситель, затем Собор, Сен-Маклу, Сен-Уан и все остальные. Траурные звуки; потрясли Катрин до глубины души. Она начала дрожать, несмотря на жаркое солнце, которое уже высушило ее одежду и волосы. Из близлежащей улицы выкатилась телега, окруженная сотней английских копейщиков. Прикованная к бортам телеги, там стояла тоненькая белая фигурка с чем-то вроде митры на голове.

— Жанна, — простонала Катрин, задыхаясь от горя. — Бог мой, это Жанна.

Заупокойная молитва, распеваемая полусотней монахов, заглушила ее слова. Она с ужасом взглянула на Арно.

— Нам придется, придется наблюдать этот кошмар?

Он только кивнул в ответ, но Катрин увидела, как две крупные слезы скатились по его щекам. Она склонила голову и заплакала. Связанные руки причиняли ей боль, и она страшно жалела, что не может закрыть глаза и уши, чтобы отрешиться от этого колокольного звона, зловещего пения и грубого смеха солдатни. Великая трагедия, которая за этим последовала, была воспринята Катрин как ужасный кошмар, кульминацией которого стал момент, когда она увидела, как стройную белую фигуру привязали на вершине огромной пирамиды из поленьев. Ее полные слез глаза плохо видели, но она узнала брата Исамбара.