Катрин. Книги 1-12

В его глазах Катрин была вдвойне виновна и вдвойне ненавистна: она была одной из Легуа, которые когда-то убили его брата Мишеля, и она была любовницей Филиппа Бургундского, которого он ненавидел как предателя. Нет, если кого и стоило в этом винить, так это была она сама, пожертвовавшая всем ради неосуществимой мечты. Она потеряла все, все… и вот теперь она лежит в тюрьме, обвиненная в преступлении, которое может повлечь за собой смертный приговор. Она пережила тысячи опасностей — и все напрасно…

Катрин встала и начала исследовать свою тюрьму.

Узкая камера с низким потолком, свет в которую проникал только из зарешеченного окна, находившегося в глубокой каменной нише, что мешало смотреть наружу. На полу лежала солома, служившая постелью, табурет, на который надзиратель положил хлеб и поставил кувшин с водой; множество цепей и колец свисали со стен, покрытых каплями воды. Уже в третий раз Катрин попадала в тюрьму, и у нее не было надежды, что на этот раз ей удастся выбраться, как это уже было дважды. Все могло кончиться совсем иначе…

Она принялась за еду в надежде восстановить силы, и в конце концов ей удалось раскрошить хлеб, который был совершенно черствым, — его, должно быть, долго хранили… Катрин смочила хлеб в воде, чтобы размягчить его, а затем осушила кувшин до последней капли.

Ей стало гораздо лучше, и она даже смогла улыбнуться, вспомнив великолепные банкеты с бесконечным количеством экзотических утонченных блюд, которые любил устраивать Филипп и которые всегда казались ей столь утомительными. Сейчас она с удовольствием отведала бы самые маленькие из этих паштетов, достойные Гаргантюа![23].

Потом Катрин еще немного поспала, чтобы не думать. Ее сердце горело от злости на себя и на весь мир, и она от всей души проклинала этот город, в который так неудержимо стремилась…

В сумерки низкая дверь ее камеры отворилась, и вошел тюремщик. Четверо солдат ожидали снаружи, держа в руках копья.

— Идемте. — сказал тюремщик, толстяк с круглым веселым лицом, совсем не походившим на лицо тюремного охранника. Катрин взглянула на него в первый раз и с удивлением заметила, что у него голубые глаза.

— Куда они меня ведут? — спросила она.

Он пожал плечами и указал на одного из солдат.

— Они знают. Это все, что я могу вам сказать."

"Катрин без лишних слов стала подниматься с ними наверх по винтовой лестнице, тяжелые каменные ступени которой были стерты тысячами ног. Скоро она оказалась в комнате, из которой вело множество коридоров; вход в каждый из них был закрыт массивной железной решеткой. Одна из этих решеток со скрипом отворилась. Они прошли по коридору и поднялись еще на несколько ступеней, ведущих к тяжелой, обитой железом двери с маленьким зарешеченным окошком.