Катрин. Книги 1-12

И думаю, могу этим гордиться. Я совсем не создан для светской жизни. Но чем вам так нравится эта роль?

И он тоже с облегчением рассмеялся, как и Катрин, искренне радуясь и освобождаясь от горьких воспоминаний. Они смеялись, как дети, которые напроказничали, как заговорщики, и никогда еще не чувствовали себя так свободно, даже в те самые страстные часы, которые провели вдвоем еще так недавно. Они все еще смеялись, когда госпожа Николь пробралась в их комнатушку со свертком под мышкой.

– Тсс! – сказала она, приложив палец к губам. – Вас услышат. Для беженцев, потерявших все, вы что-то слишком развеселились.

На этот раз она улыбнулась. Катрин заметила, что улыбка придает необыкновенное очарование ее некрасивому лицу. Она бросила сверток с одеждой на одеяло и непринужденно поклонилась.

– Мессир и вы, мадам, простите мне тот прием, который я вам оказала, все будущие грубости и плохое настроение. Я не доверяю служанке, да, впрочем, и никому другому!

Катрин испытала огромное облегчение, так как чувствовала себя неловко с самого прибытия к чете Сон. Молодая женщина неожиданно для себя обняла Николь, а Арно уверил ее в своей признательности. Он обладал большими достоинствами, чем могло показаться на первый взгляд. Николь не стала задерживаться, чтобы Марго ничего не заподозрила. Им принесли принадлежности для умывания и воду. Когда вернулся Жан Сон, они были чисто, опрятно, хотя и очень скромно одеты, как будто и впрямь происходили из бедной семьи.

На первый взгляд хозяин-каменщик располагал к себе не больше, чем его жена. Крупный и краснолицый, толстый и спесивый, он глядел на все сонным, немного снисходительным взглядом и, казалось, был не слишком умен. Но его «родственники» сразу же поняли, что за этой кажущейся глупостью и незлобивостью скрываются светлый и острый ум, настоящее мужество и истинно нормандская находчивость.

– Сегодня отдыхайте, – сказал он им, когда служанка закончила накрывать на стол. – Завтра я вам покажу наш погреб. Там мы проводим наши собрания и не боимся, что нас услышат.

Когда наступил комендантский час, они помолились все вместе, потом разошлись по своим комнатам. Арно и Катрин добрались до своей мансарды, и сердце молодой женщины учащенно забилось. Эта совместная жизнь и стесняла ее, и наполняла радостью… Марго приготовила только одну постель. Катрин не знала, радоваться ли этому или ожидать новых грубостей. Но, войдя, Арно тихо снял с кровати один из тюфяков, бросил его в угол, взял одеяло, среди всякого хлама, валявшегося вокруг, нашел старую драпировку, разорванную на куски, и прикрепил к балке крыши так, чтобы она отделяла его от Катрин. Она, немного разочарованная, молча наблюдала за ним.