Катрин. Книги 1-12

Вопреки опасениям Сентрайля, возникшим у него в связи со столь подозрительными обстоятельствами пленения Жанны, Гийом де Флави защищал город с исключительным мужеством и стойкостью. Среди капитанов ходили слухи, что, поспешив поднять мост, толстяк Флави тем самым удовлетворил ненависть, которую питал к Деве его кузен, архиепископ Реймский Реньо де Шартр. Таким образом, речь шла всего лишь об услуге между родственниками…

А положение города, к несчастью, становилось все хуже. Отныне он был полностью окружен. Продовольствия не хватало, так как обозы не могли пройти. Связь с внешним миром поддерживали редкие смельчаки, пробиравшиеся туда и обратно под покровом ночи.

Теперь Катрин проводила все дни у городских стен, где вместе с другими женщинами ухаживала за ранеными. Она и Сара отправлялись туда перед каждой атакой и трудились до изнеможения, а ночью, обессилевшие, валились на кровати и спали мертвым сном, несмотря на голод и зной.

Стояла страшная жара. Повсюду роем летали мухи, изводя и солдат, и раненых. Было отмечено несколько случаев чумы, и, опасаясь эпидемии, городские власти приказали замуровать зараженные дома и сжечь трупы. То, что еще оставалось из продуктов, портилось от жары. Одной лишь воды благодаря реке было вдоволь, но и ее надо было доставать ночью, чтобы не попасть под огонь противника. Все эти трудности Катрин переносила стойко. Каждое утро, переодевшись в мужское платье, в сопровождении Сентрайля отправлялась она в монастырь Сен-Корнейль и раз от разу возвращалась оттуда все печальнее и взволнованнее. Не то чтобы Арно был с нею нелюбезен, но в отношении его к ней сквозила холодность, слишком уж подчеркнутая вежливость, и вот это-то и сводило с ума молодую женщину. Она бы желала подольше оставаться рядом с ним, разговаривать не только об осаде и пленении Жанны, но… и о нем самом, о том, как он жил без нее все эти годы, о его детстве, наконец. Кое о чем ей в свое время поведал Мишель, но теперь она желала знать подробности от Арно. А тот, казалось, и не собирался уступать. Мыслями его владела лишь одна Освободительница, и он вовсе не замечал страданий женщины, которая находилась подле него. Возвращаясь домой, где ждала ее Сара, Катрин часто с грустью думала о том, что мертвый Мишель будет вечно стоять у них на пути. Чем могла она доказать, что невиновна в его смерти? Ничем, кроме слов, в которые он не поверит, как привык вообще не верить ей… И его теперешнее поведение могло означать лишь одно: не решаясь прямо прогнать прочь женщину, готовую отдать за него и жизнь, и состояние, он безжалостно старался от нее отделаться.

Тем временем от одного испанского шпиона удалось узнать, что Дева пыталась убежать из Болье, но неудачно и теперь находилась в замке Боревуар у Жана Люксембургского.