Катрин. Книги 1-12

Она входила в Орлеан…

В руках Арно

От Бургундских ворот начиналась узкая улица, по одну сторону которой стояли дома, принадлежащие женскому монастырю, а по другую – жилые дома с закрытыми ставнями. Там находились несколько солдат, прокопченных и пыльных от недавнего боя. Факелы, которые они держали в руках, освещали потайной вход, перед которым стоял железный коптящий светильник, закрытый железной сеткой. Довольно сильный ветер пригибал пламя.

– Опять беженцы! – произнес кто-то ворчливо, и этот голос заставил сильнее биться сердце Катрин. – Что мы будем с ними делать, когда нам скоро придется отделываться от лишних ртов?

– Это люди из Монтарана! – ответил кто-то. – Вчера их деревня сгорела…

Тот, что заговорил первым, ничего не ответил, но Катрин, влекомая чем-то сильнее ее воли, приблизилась к тому месту, откуда донесся голос. Она не ошиблась. В нескольких шагах от нее, прислонившись к стене, стоял Арно де Монсальви.

Его короткие волосы на непокрытой голове были в беспорядке, на лице – следы пороха, а на щеке Катрин увидела большой шрам, которого раньше не было. Доспехи его имели вмятины, он казался усталым, но, к своей радости, Катрин увидела, что он не изменился. Черты лица немного обострились, а горькая складка у твердых губ не портила его. Глаза, которые редко становились нежными, смотрели прямо, так же прямо он нес свою гордую голову. И вот такой, грязный, небритый, он показался Катрин красивее архангела Михаила. Разве не был он ее воплотившейся мечтой?

Радость от того, что она нашла его так скоро, у самых ворот, была столь сильна, что Катрин забыла обо всем. Он неодолимо влек ее к себе… Глаза ее вдруг заблестели, и она, раскрыв объятия, двинулась к нему как в экстазе… Казалось, она взлетела над землей, и шедшие рядом с ней беженцы расступились. Арно не сразу ее увидел. Он с явным раздражением рассматривал погнутую рукоять своей шпаги. Но вдруг поднял голову и заметил женщину, одетую в лохмотья, которая бежала к нему по мокрым после недавнего дождя камням мостовой. Что-то в ней привлекло его внимание. Женщина, казалось, едва держалась на ногах. Она была на грани истощения, но глаза ее излучали неземной свет, а по жалкому платью рассыпались великолепные золотые волосы. С улыбкой на губах она стала подходить к нему, протягивая вперед дрожащие, исцарапанные руки. Ему показалось, что это просто видение, вызванное его крайней усталостью. Днем был тяжелый бой, и руки его устали держать тяжелую шпагу, которой он не переставал действовать много часов подряд. Он яростно протер глаза и снова посмотрел на женщину… И вдруг узнал ее.

Катрин, потерявшая дар речи, остановилась в нескольких шагах от него, пожирая его глазами. Глаза их встретились и какую-то минуту неотрывно смотрели друг на друга.