Катрин. Книги 1-12

Когда смолк топот копыт, Эрменгарда из Шатовиллена спустилась вниз и направилась в часовню, чтобы помолиться. Тяжелая грусть наполнила ее сердце. Ведь она не знала, увидит ли снова Катрин или нет. То, что затеяла эта молодая женщина, было безумием. Но графиня не осуждала ее. Она хорошо знала, что на месте Катрин она поступила бы точно так же. А ей самой не оставалось ничего другого, кроме как молиться, надеяться и ждать, моля небо ниспослать наконец Катрин то счастье, которое до сих пор обходило ее стороной.

А в это время Катрин во главе своего маленького отряда проезжала верхом первые из тех семидесяти лье, которые отделяли ее от Орлеана. В это длинное путешествие она надела мужское платье и радовалась этому, так как никогда ей не было так удобно. Костюм состоял из узких черных брюк, завязывающихся на талии и обтягивающих ее длинные ноги, и высоких сапог почти до колен. Короткий камзол из черного сукна, отороченный мехом ягненка того же цвета, и широкий плащ дополняли ее одеяние, а сверху на ней была наброшена еще большая накидка с капюшоном. На поясе висел короткий кинжал с красивой резной рукоятью, на руках были надеты кожаные перчатки. За эти горестные месяцы отчаяния Катрин похудела, и в этом костюме она была похожа на юношу из богатого дома."

"Сара, чьи более пышные формы с трудом помещались в мужском костюме темно-синего цвета, чувствовала себя менее уверенно. Но эта женщина не могла долго переживать из-за своего наряда и вполне наслаждалась верховой ездой, свежим воздухом и природой. Брат Шарло, перебиравший четки, имел вид человека, привыкшего к долгим переездам в седле. Кавалькаду замыкали три всадника, которых Эрменгарда послала сопровождать путешественницу. Весь день они ехали по монотонным плато среди бесконечных лесов. К вечеру они прибыли в город Шатийон. Катрин, решительно повернув в сторону от массивного замка герцогов Бургундии, где, лишь услышав ее имя, приняли бы ее с распростертыми объятиями, направила лошадь в сторону гостиницы аббатства Святого Николаса. Это было символично. Ослушавшись Филиппа и отправляясь к его врагам, она не могла останавливаться в его владениях. Сильно уставшая после целого дня скачки, она сразу же заснула, а на рассвете поднялась, полная пылкой решимости, которой не знала уже много лет.

Второй день путешествия был похож на предыдущий. Иногда небольшие глубокие долины нарушали монотонность пейзажа. Ей казалось, что они ехали слишком медленно, хотелось скорей увидеть на горизонте стены Орлеана, но надо было поберечь лошадей, поэтому приходилось ехать не так быстро. Надо было делать не более двенадцати-пятнадцати миль в день, чтобы животные могли выдержать такой путь.