Катрин. Книги 1-12

Никогда еще она не чувствовала себя такой грязной, а глядя на свои кожу и волосы, она испытывала одновременно стыд и отвращение. Да, если бы она провела в этой ужасной тюрьме несколько месяцев, то вышла бы из нее безнадежно подурневшей!.. Она погрузилась в теплую воду, а Сара в это время осторожно протирала ее израненную шею, чтобы намазать ее бальзамом. Катрин смотрела в окно на Ландри, следом за которым бежала собака. Пакретта тоже вышла из дома, чтобы проводить его, и Катрин было видно, как она нежно прижимается к нему.

– Что ты думаешь о Пакретте? – спросила она у Сары. – Ты думаешь, что она предана Ландри?

– Она его любовница и, мне кажется, без ума от него. Но я не знаю, что об этом думает сам Ландри. Любит ли он ее? Трудно сказать.

– Ты думаешь, она действительно колдунья? Она совсем не похожа…

– Это как болезнь, которая передается от матери к дочери. Даже если она не колдунья, никто в это не поверит, потому что это в порядке вещей.

– Ну а ты-то в это веришь?

Сара пожала плечами и щедро намылила кусок холста, которым терла тело Катрин. Оно понемногу приобрело свой природный цвет, несмотря на синяки и царапины, полученные в заточении.

– Я не знаю, но могу поверить. Она странная, знаешь ли. Я часто видела ее у Жако: мужчины боялись ее взгляда.

Вспомнив странные разноцветные глаза Пакретты – голубой и карий, Катрин подумала, что в этом есть, наверное, доля правды, но, наслаждаясь чистотой своего тела, быстро забыла о хозяйке домика. Сара вытащила ее из воды и усадила сохнуть перед очагом. Потом согрела еще воды, чтобы вымыть Катрин голову. Молодая женщина, как маленький ребенок, не сопротивлялась ей. Какое наслаждение – отдать себя в умелые руки Сары, как раньше, когда она была всего лишь девочкой, которая слишком быстро растет! Грязь смывалась вместе с усталостью. Она чувствовала, что рождается заново.

Когда немного позже в дом вернулась Пакретта с вязанкой хвороста в руках, она застыла на пороге, не поверив своим глазам. На табуретке перед огнем сидела Катрин. Ее кожа казалась розовой в отблесках очага, кусок ткани оставлял обнаженными изящные ноги и прекрасные плечи. Казалось, она дремлет с полузакрытыми глазами. Стоя за ее спиной, Сара расчесывала еще влажную золотую копну ее волос. Это были самые прекрасные, самые длинные волосы в мире. Неужели это очаровательное создание и есть то жалкое существо, серое и испачканное кровью, которое принесли вчера к ней в дом?

– Закройте, пожалуйста, дверь, – сказала Сара, обернувшись, – очень холодно.

Машинально Пакретта захлопнула дверь. Но ее необычные разноцветные глаза как-то странно сузились, и Сара поймала взгляд, которым она окинула Катрин.