Катрин. Книги 1-12

 – Мой кузен д'Эстэн, которого я встретил в Кюрийэр на прошлой неделе на свадьбе дочери Раймонда де Момиатона, видел его три или четыре дня до того. Он еще не встает и не скоро сможет отправиться в путь. Если бы Лот был судоходен!

– Даже если он в постели, он выслушает меня. Он всегда был для меня одним из самых лучших друзей, верным советником, – сказала Катрин. – А этого я и хочу – его совета! Я буду действовать так, как он скажет. Если он скажет наступать, я перейду в наступление, но только если он мне это скажет! Я выеду завтра.

– Лишь одна загвоздка, – заметил Рено, откинувшись в кресле. – Вы не сможете пройти. Чтобы попасть в Сен-Лоран, надо ехать по лощине или делать огромный крюк. Монсальви все же нашел нескольких союзников: эти бездельники из Вьейви держат реку под прицелом, а всем известно, как легко охранять этот переход. Они слышали о вашем приезде и не пропустят вас. Они вас знают!

– Но меня-то они не знают, – вмешался Готье. – Госпоже Катрин не следует отправляться в дальний путь и подвергать себя лишний раз опасности. Пусть она даст мне письмо для аббата, а я привезу ответ. Для этого и нужен конюх.

– Вы совсем не знаете местность, – сказал Рено.

– Но ты ведь не скажешь, что я не знаю ее, – вмешался Беранже. – Я буду его проводником, и уж поверь мне, Готье, я помогу тебе пройти через укрепление Вьейви.

Катрин едва сдержала улыбку. В долине Лота осталась любовь пажа. Сколько раз в прошлом году он исчезал из Монсальви, перебирался через реку, чтобы поболтать со своей прелестной кузиной Одеттой де Монтарналь? Это была трудная любовь, сопряженная с большой опасностью, поскольку она была запретной. Монтарналь и Вьейви – было одно и то же, старшие братья как следует проучили бы младшего, если бы прознали, чей образ он хранит в сердце. Беранже и вправду прекрасно знал долину, броды и переправы и послужил бы Готье проводником, но сможет ли он устоять от искушения повидать Одетту, особенно теперь, когда он постепенно становится мужчиной? Катрин не посмела запретить ему это, но посоветовала быть крайне осторожным; письмо должно дойти до аббата Бернара.

Пир, который последовал за собранием, не отличался буйным весельем. Большинство участников были явно разочарованы, обещанный радостный праздник откладывался на неопределенное время. Оба Рокмореля не скрывали разочарования.

– Они боятся, что, если понадобится, им уже будет сложнее созвать этих людей, – объяснила мадам Матильда. – Они опасаются, что счастливый случай упущен…

– А вы, мадам Матильда, вы тоже так думаете?

Хозяйка замка улыбнулась Катрин с высоты своего огромного роста.

– Да нет же! Только сумасшедший может мечтать спалить свой дом, перед тем как войти в него. Мужчина, может быть, но женщина – никогда! Вы мудро говорили, друг мой.