Катрин. Книги 1-12

В комнате не топлено, а на ней лишь тоненькая рубашка: она, наверное, умирает от холода. Пойдем, закажем завтрак и выпьем по стаканчику горячего вина. Катрин, вы должны пообещать мне не предпринимать второй попытки. Я уношу ваше оружие.

– Это ни к чему, Ян! Я даю слово. Я сейчас к вам спущусь.

Когда мужчины вышли из комнаты, Катрин быстро привела себя в порядок и оделась. Еще час назад графиня думала о смерти, а сейчас она неожиданно почувствовала, что замерзла, голодна и по-прежнему любит жизнь.

Она не представляла, чем художник сможет помочь ей, но Катрин была известна его мудрость, осторожность и изобретательность. Эти качества, помимо большого таланта, сделали из него одного из самых любимых подданных Филиппа.

К тому же хорошо бы хоть раз поделиться с кем-то своей тяжкой ношей.

Очень скоро умытая, тщательно одетая и причесанная Катрин спустилась к мужчинам. Ван Эйк заказал обильный завтрак.

Они начали трапезу в тишине, нарушать которую у Катрин не было никакого желания. Обычно неприхотливая в еде, этим утром она ощутила новый вкус ветчины, молока, свежеиспеченных хлебцев.

Художник сжал своей рукой руку Катрин и улыбнулся ей:

– Кажется, я придумал, как помочь вам. Ваше спасение в Брюгге, недалеко от известного вам дома.

Лицо молодой женщины залилось краской. Одно упоминание о Брюгге всколыхнуло в ней волну старых приятных воспоминаний. Катрин была честна сама с собой, и, когда ей казалось, что с Арно все кончено, любовь герцога Филиппа согревала ее. Усилием воли она прогнала эти мысли.

– Ян, не думаете же вы отвезти меня туда? Что я буду делать в Брюгге?

– Вы пойдете к одной опытной флорентийке. Эта женщина прославилась тем, что помогла одной фрейлине, с которой у монсеньора была затянувшаяся связь. Теперь вы видите, моя дорогая, что сами заинтересованы в этом путешествии, да оно и не такое уж долгое: около восьмидесяти лье с заездом в Лилль на один день, где я отчитаюсь за свое поручение. Вы же отдохнете там, встретитесь с вашей подругой, кормилицей маленького Карла. Что вы на это скажете?

Катрин ответила не сразу. Ван Эйк предлагал ей наилучший выход в ее положении, но ее сдерживало то, что вернуться в Брюгге – это значит еще дальше удалиться от Монсальви, куда она так стремилась добраться.

Готье, со свойственными ему сообразительностью и деликатностью, разгадал сомнения хозяйки. Он наклонился к ней:

– Госпожа Катрин, вы не можете сейчас туда вернуться в таком состоянии! Надо ехать в Брюгге. Этот путь долгий, но надежный. Еще несколько недель вашего отсутствия ничего не изменят.

– И к тому же горные дороги опасны зимой, – заключил Беранже, почувствовав сильное желание увидеть сказочную Фландрию, о которой он столько слышал, – мы можем погибнуть от холода. А так мы вернемся в Монсальви весной.