Катрин. Книги 1-12

Сам он проводил большую часть жизни верхом, беспрестанно инспектируя свои конторы, переезжая из Буржа в Монпелье, где располагалась основная часть его контор, из Монпелье в Нарбонн, в Марсель, чей порт входил в его интересы, в Лион, где он приобрел дружеские связи, в Клермон или в Тур и Анже.

В свои тридцать шесть лет мэтр Жак Кер был худым, стройным человеком, обладавшим исключительной энергией. Он казался настолько вездесущим, что его враги — а они у него уже были — поговаривали, что он заключил сделку с Дьяволом.

Возвратившись из Шинона после неудавшейся аудиенции, Катрин с радостью нашла его в конторе, которая в связи с его приездом сразу приобрела деловой вид.

Конечно, Жак не позволил ей остановиться в гостинице. Он потребовал, чтобы она со своими спутниками погостила у него, и поручил их заботам госпожи Ригоберты, ловкой экономки, которая держала его дом в Type всегда готовым к приезду хозяина.

Жак испытывал к Катрин сердечную привязанность и даже более глубокое чувство. Для Катрин никогда не являлось тайной влечение к ней Жака, что, впрочем, ее не шокировало.

Жак Кер приютил Катрин, Сару и Арно, когда их преследовала ненависть всемогущего Тремуйля. Он организовал их бегство на овернские земли. Но когда Жак разорился после кораблекрушения, Катрин, в свою очередь, подарила ему самое дорогое свое украшение — черный алмаз, унаследованный от покойного мужа Гарэна де Брази, и позволила ему снова встать на ноги и достичь прежнего благополучия.

И, наконец, именно на одном из кораблей Жака Кера Упруги Монсальви смогли покинуть мавританское королевство Гранаду и вернуться во Францию.

Поэтому три первых дня пребывания Катрин у Жака были полностью посвящены их общим воспоминаниям о радости общения после полутора годовой разлуки.

Жак был очарован и обрадован этой встречей. Он с любовью смотрел на свою подругу, такую же красивую, меняющуюся, охваченную той же жаждой жизни и тем же мужеством перед лицом опасности, способной сломить менее смелого человека.

— Если бы у меня не было Масе и детей, — сказал он как-то вечером, — и если бы вы не были матерью и женой, я думаю, что похитил бы вас, сделал бы моей, какой бы знатной дамой вы ни являлись, так как высоты, на которых вы обитаете, меня не пугают, и я знаю, что очень скоро смогу вас догнать.

— Вы нас всех перегоните, Жак. Вы станете самым могущественным человеком во Франции, одним из богатейших в Европе, если не самым богатым. Ваши планы… эти порты, рудники, которые вы открываете, эти эмиссары, которых вы посылаете в четыре стороны света… от всего этого кружится голова.

— Это еще ничего. Вы увидите, что будет через четыре года… Я построю дворец… который, к сожалению, не смогу вам подарить.