Катрин. Книги 1-12

Улыбка исчезла с веселого лица путешественника. Он снова снял свою шляпу и преклонил колено.

— Весьма почтенная и очень грациозная дама, простите невежду за фамильярность.

— А вы и не могли догадаться: владельцы редко выходят в одиночку на дорогу в подобную погоду.

Как бы подтверждая ее слова, порыв ветра вырвал шляпу из рук менестреля, а Катрин вынудил прислониться спиной к дереву.

— Пойдемте, — сказала она, — не стоит оставаться здесь в такую погоду. К тому же вечереет. Замок разорен, но гостиница при монастыре, где я живу, может предложить вам приют. Откуда вы меня знаете?

Менестрель встал и машинально отряхнул худые колени. Он нахмурил брови, и от его улыбки не осталось и следа.

— Один человек, которого я встретил в высоких горах Юга, говорил мне о вас, уважаемая дама… Это был высокий и очень сильный человек. Настоящий гигант Он сказал, что его зовут Готье Маланконтр…

Катрин вскрикнула от радости и, не забыв о церемониях, схватила менестреля за руку и потянула за собой.

— Готье вас прислал? Ох! Будьте благословенны! Как он поживает? Где вы его встретили?

Быстрым шагом она поднималась к деревне, таща за собой менестреля, проявлявшего неожиданное беспокойство. Проходя в ворота, она крикнула Сатурнену, чинившему ставни дома:

— Этот человек видел Готье. У него есть новости! С радостным криком староста побежал за ними. Менестрель посмотрел на него с испугом.

— Ради Бога, почтенная дама, — простонал он, — вы даже не дали мне времени представиться.

— Говорите, — радостно бросила Катрин, — Но для меня вы зоветесь Готье.

Человек покачал головой с усталым видом.

— Меня зовут Гвидо Чигала… Я из Флоренции, красивого города, и, чтобы замолить свои многочисленные грехи, я хотел идти в Галисию на могилу апостола. Дама, не радуйтесь так и не устраивайте мне большого приема! Новости, которые, я принес, совсем нехороши.

Катрин и Сатурнен резко остановились прямо посреди улицы. Порозовевшая от радости, Катрин сразу побледнела.

— Ax! — только и сказала она. Ее взгляд перебежал с менестреля на Сатурнена. Но она все же взяла себя в руки.

— Плохие или хорошие, а вам все равно нужно подкрепиться и отдохнуть. Гостеприимство есть гостеприимство. Скажите мне только: что с Готье?

Гвидо Чигала опустил голову, как виновник.

— Дама, — пробормотал он, — мне кажется, его нет в живых, он мертв.

— Умер!

Слово вырвалось одновременно у нее и у Сатурнена.

— Это невозможно. Готье не может умереть.

— Я не сказал, что уверен в этом, — возразил Чигала, — я сказал: «Мне кажется, его нет в живых».

— Вы нам все сейчас расскажете, — перебила его Катрин. — Пошли в дом.