Катрин. Книги 1-12

Уверенная, что незнакомец умерщвляет больную, она тщетно пыталась позвать на помощь. Человек уходя повернувшись, снял маску и… страх Катрин перешел в радость: она узнала гордое лицо, темные глаза и плотно сжатый рот своего супруга. Арно! Это был Арно! Волна счастья, возможного лишь во сне, захлестнула Катрин. Он был здесь, он вернулся! Бог, вероятно, совершил чудо, потому что на его красивом лице, оставшемся у нее в памяти, не было никакого следа ужасной болезни. Но почему же он был смертельно бледен и так грустен?

Движимая проснувшейся любовью, более требовательной, чем когда-либо, она хотела позвать его к себе, протянуть руки, но была не в состоянии этого сделать… Окутавший ее туман душил… Она видела, как исчез Арно, растворился в темноте, направившись к комнате Мишеля. Потом уже ничего не было, кроме ужасного чувства потери и острого ощущения одиночества. «Он исчез, — в отчаянии думала она, — и я его никогда больше не увижу… никогда!»

Проснулась она на рассвете. Во дворе рожок Тристана собирал бретонцев в поход. Час отъезда был близок, и Катрин встала, чтобы проводить их. Встала с трудом. Она чувствовала слабость, голова была тяжелой, а ноги как ватные. Сквозь крошечное окно ее кельи пробился узкий, еще застенчивый в этот утренний час луч солнца и дотронулся до нее. Она услышала, как лепетал Мишель в своей маленькой кроватке.

Катрин умылась, быстро оделась, изо все» сил стараясь отогнать навязчивые ночные картины. Но ей не удалось забыть этот сон. Чем больше она о нем думала, тем больше ей хотелось плакать, потому что не раз она слышала ужасные истории о людях, которым в час их смерти являлись, словно предупреждение, их близкие. Не был ли этот, ее такой реальный сон трагическим предупреждением? Не был ли Арно… Нет, она не могла даже подумать об этом. Однако… это длительное отсутствие Фортюна? Если он узнал там страшную весть? Может быть, болезнь быстро развивалась?

— Так можно сойти с ума, — подумала Катрин вслух. — Надо узнать, когда уезжает Готье, или нет, я поеду с ним… Донасьена сегодня еще подежурит у свекрови, а для быстрых ног Морган пять лье — не расстояние. Вечером мы сможем вернуться.

Бретонцы уже сидели на лошадях, а около конюшни, ворота которой были широко распахнуты, Тристан беседовал с Готье. Они разошлись, увидев Катрин. Ей было, грустно расставаться, но она улыбнулась отъезжающему и протянула ему руку.

— Счастливого пути, друг Тристан. Передайте мессиру коннетаблю, что я ему признательна за то, что он послал вас со мной.

— Он наверняка захочет узнать, когда мы будем иметь удовольствие видеть вас снова, мадам Катрин.

— Боюсь, не скоро, если только вы не приедете сюда. Мне TFK много предстоит сделать в Оверни. Надо все привести в прежний порядок.

— Овернь не так уж далека от нас.