Катрин. Книги 1-12

Арно принадлежал ей, она принадлежала Арно, даже приход Гарена ничего не изменил бы! Молодой человек обнял ее, словно боясь, что она исчезнет, но продолжал смотреть, как разоблачается Сентрайль.

– А Ребек? – спросил он. – Что ты с ним сделал?

– Ему будет больно сидеть какое-то время, и у него громадная шишка на голове, но вообще-то он цел.

– Ты сохранил ему жизнь?

– Черт побери! А что с ним было еще делать, с этим молокососом! Ты бы видел, как он держал топор! Как церковную свечку! Честное слово, я просто растаял!"

"Сентрайль наконец снял с себя доспехи. Оставшись в сорочке и облегающих штанах, он быстро и щедро полил духами свою рыжую шевелюру, потом достал из сундука короткий камзол зеленого бархата, шитый серебром, обулся в длинноносые башмаки из той же ткани. Одевшись, он церемонно отвесил Катрин глубокий поклон.

– Падаю к вашим ногам, слишком красивая мадам! Мне остается только уйти оплакивать свою несчастливую звезду… и ваш плохой вкус! В то же время я продолжу знакомство с добрым вином Бонна. Эти проклятые бургундцы все-таки имеют что-то хорошее: их вина!

Он вышел – блестящий, величественный и вздыхающий от всей души. Арно расхохотался. Катрин вместе с ним. Огромное счастье делало для нее дорогими всех людей и все предметы, которые окружали ее любимого. Ей нравился рыжий Сентрайль, она даже испытывала к нему нежность…

Но сейчас… Сейчас к ней вернулся Арно. Он усадил ее на походную постель, обхватил ладонями прекрасное взволнованное лицо и стал всматриваться в него.

– Как ты догадалась, что я звал тебя? – шептал он. – Как ты догадалась, что я отчаянно нуждался в тебе? Только что, когда смерть была в двух шагах, мне хотелось вскочить на эту трибуну и украсть у тебя поцелуй, чтобы покинуть этот мир со вкусом твоих губ…

Он снова целовал ее – короткими легкими поцелуями. Катрин смотрела на него с обожанием.

– Значит, ты меня не забыл? – спросила она.

– Забыл? О нет! Я тебя проклинал, я тебя ненавидел… или по крайней мере пытался… но забыть! Какой мужчина, один раз подержав в объятиях такую красотку, сможет ее забыть? Ты и представить себе не можешь, сколько раз я мечтал о тебе, сколько раз мысленно прижимал тебя к себе, ласкал тебя, любил… Но, – добавил он, вздохнув, – это всегда был только сон, и всегда надо было просыпаться.

– Теперь не надо просыпаться! – страстно воскликнула Катрин. – Потому что теперь у тебя в руках явь, и ты знаешь, что я принадлежу тебе!

Он не ответил, только улыбнулся, и молодая женщина не стала сопротивляться желанию поцеловать эти улыбающиеся губы. Никто на свете не улыбался так тепло, по-мальчишески. Его белоснежные зубы бросали отблеск на загорелое лицо.

Арно вдруг встал.

– Разреши мне, – прошептал он.