Катрин. Книги 1-12

Я вам уже сказал, время меняет людей: и мужчин, и женщин. Плохо, если в один прекрасный день вы будете жалеть.

Тронутая этой королевской заботой, Катрин встала на колени, чтобы поцеловать протянутую руку Карла. Улыбнувшись ему, она сказала:

— Я не буду жалеть, но я глубоко признательна вашему величеству за доброту. Я этого не забуду.

И он в ответ улыбнулся ей с застенчивостью, которую всегда испытывал перед красивыми женщинами,"

"— Возможно, когда-нибудь я приеду в Овернь, — сказал он мечтательно. — А теперь езжайте, графиня де Монсальви, выполняйте свой долг. Знайте только, что вашему королю жаль вас отпускать, и он надеется вас увидеть в ближайшем будущем, и что вы заслужили его уважение.

Он ушел, оставив Катрин стоять на коленях посреди огромного зала, охраняемого неподвижными стражниками. Она слышала, как замирают его шаги, и медленно поднялась. Ей уже не было так грустно. Карл говорил с ней не просто как с женщиной, а как с одним из своих капитанов, как раньше говорил с Арно, и она этим гордилась. Осталось попрощаться с королевой Иоландой. Катрин немедленно отправилась к ней и уже приготовилась в третий раз давать те же объяснения. Но королеве они не понадобились. Владычица четырех королевств обняла ее и сказала:

— Вы правильно поступаете. Другого решения я от вас и не ждала. Юный Брезе вам не пара, потому что он… еще молод.

— Если вы так думали, мадам, почему же ничего не сказали мне?

— Потому что речь шла о вашей жизни, моя красавица, и никто не имеет права управлять чужой судьбой. Даже… старая королева. Возвращайтесь в вашу Овернь. Работы хватает: нам нужно теперь объединять это замечательное, но разрозненное королевство. В провинции нужны такие люди, как Монсальви. Люди, подобные вам, моя дорогая, они как горы в нашей стране: их истощают, но они не разрушаются! А вообще-то… я не хотела бы вас потерять навсегда.

Иоланда поманила к себе рукой Анну де Бюэй, которая по обыкновению вышивала, сидя в углу.

— Дайте мне шкатулку из слоновой кости. Когда Анна принесла шкатулку, королева опустила туда свои тонкие, длинные пальцы и вытащила замечательный перстень с изумрудом, на котором был выгравирован ее герб. Она передала его смущенной Катрин.

— Эмир Саладан некогда дал этот изумруд одному из моих предков, который спас ему жизнь, не зная, впрочем, кто он такой. Он отдал его выгравировать… Храните изумруд, Катрин, в память обо мне, о моей дружбе и признательности. Благодаря вам мы наконец будем управлять Францией, король и я.

Катрин сжала в дрожащей руке драгоценность, потом встала на колени и поцеловала руку королеве.

— Мадам… Такой подарок! Я даже не знаю, что сказать.

— Ничего и не говорите! Вы такая же, как я: когда вы сильно взволнованы, вы не находите слов, и так лучше.