Катрин. Книги 1-12

С этими словами она побежала к донжону, у входа в который толкались гвардейцы, не зная, что делать. Она ринулась в самую гущу охранников. Пьер де Брезе бросился за ней, и неизвестно, чем бы все это кончилось, если бы в это время не подошел Рауль де Гокур, возвращавшийся от короля.

Брезе позвал его и в нескольких словах рассказал о том, что происходит. Тот отстранил солдат своей шпагой.

— Пропустите этого… мальчика, — приказал он строго. — Я знаю его… А сами возвращайтесь в казарму.

Гвардейцы подчинились и медленно пошли досыпать. У входа в главную башню не осталось никого, кроме Брезе, Катрин и Гокура. Комендант, забрызганный кровью, казался мрачным и озабоченным. Пьер решил, что все идет как надо, и спросил:

— А как король?

— Он заснул. Королева заверила его, что шум, от которого он проснулся, ему же на пользу. Он поверил и не потребовал объяснений. Спросил только, там ли коннетабль. Ему ответили, что нет, и этого было достаточно. Теперь у нас есть время до утра, потом все объясним… Он точно так же воспринял смерть де Жиака.

— Что за странный король, — бормотал Пьер, — сначала превозносит своих фаворитов, а потом тут же о них забывает.

Но Катрин не была намерена заниматься рассуждениями. Сейчас ее не интересовали эти люди, и она направилась к дверям башни. Гокур задержал ее.

— Постойте, куда вы идете?

— Наверх, забрать кинжал моего мужа.

— Я сам пойду туда. У меня там есть дела, — сухо сказал комендант.

— Тогда я пойду с вами. Мне теперь нечего бояться:

Ла Тремуйля везут в Монтрезор. Если меня арестуют, то вы освободите.

— Тремуйля увезли, а вот его супруга уже там, наверху. Выходя от короля, я увидел, как она бежала как безумная по коридору замка, полураздетая. Я было бросился за ней, но она опередила меня и по маленькому мостику проскочила в башню. Теперь она там.

— И вы пытаетесь не пустить меня туда? — в отчаянии воскликнула Катрин."

"Вырвавшись от Гокура, она побежала по узкой лестнице, прыгая через две ступеньки, словно кошка. От ненависти у нее словно выросли крылья. Радуясь предстоящей встрече с врагом, она даже не подумала об оружии. Но и та, другая, вряд ли была вооружена. Победные колокола звенели в ушах Катрин… Она ничего не слышала, кроме этого триумфального марша!

Запыхавшись от бега, она остановилась на пороге комнаты, где перед ее глазами предстало неожиданное зрелище: мадам Тремуйль в одной ночной рубашке копалась в ящиках, вынимая и складывая перед собой в кучу драгоценности. Судя по невероятному беспорядку в комнате, она уже пошарила в других ящиках и ларцах.

Катрин презрительно улыбнулась… Эту женщину исправит только могила.